Когда она попыталась максимально точно охарактеризовать свое нынешнее положение, в голове вертелось только одно, краткое и емкое русское словечко «ж…а». То, что ее вроде пока не собирались пускать по кругу или приносить в жертву, утешало мало. В том-то и дело, что именно «пока». Получив желаемое Волдеморт, скорее всего, предпочтет избавиться от нее. В крайнем случае, попытается перевербовать, а не добившись этого, все равно прикончит, медленно и, как водится, крайне мучительно. Выход в сложившейся ситуации напрашивался один — просто сидеть и ждать, как будут разворачиваться события и действовать по обстоятельствам.
Для начала Диана решила собрать всю оставшуюся волю в кулак и прибегнуть к методу так называемой форсированной окклюментной защиты — когда маг, не дожидаясь ночи, с помощью особых приемов психотехники полностью очищает сознание от мыслей, а затем выставляет щит и держит его постоянно. Логически размышлять в таком состоянии сложно, зато такой щит временно полностью блокирует те мыслеобразы, которые нужно скрыть от постороннего внимания, причем доступ к ним теряет не только желающий покопаться в чужих мозгах, но и сам «хозяин», то есть создается своеобразный эффект осознанной амнезии. На переднем фоне, видимом для просмотра, остаются только те мысли и воспоминания, которые появляются уже после выставления щита.
Впрочем, подумав как следует, Диана отказалась от этой идеи. Форсированная защита использовалась крайне редко и только очень опытными окклюментами. Диана, несмотря на свою немалую практику в окклюменции и легиллименции, опытом в форсированной защите похвастаться не могла. Для овладения этим методом на первых порах требовался проверенный помощник-легиллимент — осознанная амнезия при неумелом обращении могла превратиться в весьма полноценную потерю памяти, и помощник нужен именно для того, чтобы вывести «пострадавшего» из этого состояния. Помощника под рукой не наблюдалось, значит, если она сама себе отшибет память, восстанавливать ее будет некому. Спятить в нынешнем ее положении — оно, конечно, не самый худший вариант, но уж если сходить с ума, то полностью лишаясь связей с реальностью, чтобы вообще ничего не соображать.
* * *
Снейп был почти уверен — Беркович держат где-то в подвалах Малфой-мэнора. Он догадался об этом во время очередного вызова «на ковер» — Волдеморт пожелал справиться о здоровье «старого маразматика», сильно подорванного после эксперимента с проклятым кольцом. Родовое поместье Люциуса было основным местом для сбора Упивающихся смертью — сам Темный Лорд не жаловал своим посещением ни один из домов других своих слуг, с завидным постоянством возвращаясь именно сюда после своих отлучек. Поэтому, если предположить, что ее похитили по его приказу, то и держать ее должны «под боком», тем более что Снейп заметил, как крысеныш Петтигрю прошлепал куда-то в подземелья, левитируя перед собой поднос с кувшином и тарелкой. Если все это предназначалось Диане, значит, Дамблдор прав и убивать ее пока не собираются. Только почему-то легче от этого Снейпу не становилось. Такая забота к пленнику Упивающихся выглядела очень подозрительно, в любой момент благодушное настроение повелителя могло смениться гневом, и тогда за жизнь Беркович он не дал бы и пары протухших флоббер-червей.
По возвращении в Хогвартс он ожидал, что его сразу же вызовет к себе директор, но Дамблдор делал вид, что ничего не происходит, и теперь Снейп разрывался между тем, чтобы самолично заявиться пред светлы очи директора и потребовать от него объяснений или хотя бы совета, или же начать действовать на свой страх и риск. Да вот только вытаскивать человека из подземелий Малфой-мэнора прямо под носом у Волдеморта ему еще не приходилось.
