Судя по всему, не только ее сегодня преследовали неудачи. Из-за закрытой двери она услышала голос Тонкс, причем, несмотря на то, что слов было не разобрать, в интонациях ее коллеги по Ордену и Аврорату отчётливо проскальзывали истеричные нотки.
Диана замедлила шаги и подошла к дверям поближе. Хотя подслушивать было нехорошо в любом случае, не воспользоваться такой возможностью было бы глупо для слизеринки. Да и узнать о тонкостях взаимоотношений между членами Ордена будет, по ее мнению, нелишним.
— Дора, ты слушала меня все это время?! — раздался другой голос, в обладателе которого Диана сразу же узнала Люпина.
— Слушала я! — Тонкс несколько сбавила тон, но теперь ее было довольно хорошо слышно. — Я тебя выслушала очень внимательно, Римус. И я понимаю твои опасения.
— Нет, не понимаешь! Ты не понимаешь, каковы могут быть последствия!
— Все я понимаю! — Тонкс снова, было, сорвалась на крик, но сразу же заговорила тише: — Мне не пятнадцать лет, чтобы я не понимала, с чем мне придется иметь дело. Но мне плевать! Плевать на все, слышишь? Я ко всему готова! Но если ты боишься, я не буду настаивать. Ты только скажи мне в глаза, что ты сам этого не хочешь. В глаза, Римус. И постарайся не врать самому себе.
На несколько секунд повисла тишина, в течение которой Диана соображала, не убраться ли ей отсюда подальше — какова бы ни была причина их ссоры, для чужих ушей она явно не предназначалась. Но в этот момент снова раздался голос Тонкс:
— Скажи это…
Люпин в ответ молчал, и Тонкс заговорила снова, тихо и обреченно:
— Видишь? Ты не можешь сказать этого, потому что это будет неправдой. А врать ты не умеешь… Я подожду, Римус. Я терпеливая…
За дверью послышались торопливые шаги. Диана едва успела отскочить на достаточное расстояние, как Тонкс решительно отворила дверь и зашагала по коридору в сторону лестницы. Диану она, кажется, даже не заметила.
Проводив ее взглядом, Диана нерешительно вошла в гостиную. Люпин сидел за столом, весь какой-то взъерошенный и растерянный. При виде Дианы он встал и подошел к камину, старательно вороша пылающие угли кочергой и явно избегая смотреть ей в глаза.
— Что-то не поделили? — спросила Диана.
Люпин некоторое время молча сопел, а затем немного придушенно произнёс:
— Не обращай внимания… Просто пытаюсь не дать ей сделать глупость.
-А может как раз и стоит позволить ей это сделать? Зато в следующий раз будет осмотрительнее.
— Следующего раза может и не быть, — загадочно произнес Люпин и снова отвернулся, давая понять, что обсуждать сей инцидент и далее у него нет ни малейшего желания.
— В связи с чем сегодняшнее собрание? — спросила его Диана, переводя разговор на другую тему.
— Итоги вчерашнего, — пояснил Ремус. — Аластор зол на Снейпа из-за того, что тот не предоставил точных данных о местонахождении тех деревень.
— Пусть скажет спасибо, что Снейп вообще поставил нас в известность о готовящейся операции, — резко сказала Диана. — Кстати, как там все прошло?
— Могло быть и хуже. Авроры прибыли на место в течение минуты — сработала система слежения. Наших убили десять человек, еще трое в Мунго в тяжелом состоянии. Сколько погибло жителей деревни — мне неизвестно, но судя по лицу Муди, когда он вернулся, не так уж и мало. А в школе все прошло мирно?
— На школу никто даже не пытался напасть. Ты про Министерство слышал?
— Слышал. Они хотели убрать Скримджера. Это и понятно — чем истреблять под корень всю вражескую армию, иногда достаточно просто обезглавить ее, убрав главного. Тем более что настроения в обществе сейчас какие-то очень уж упадочные.
— В каком смысле?
— Многие считают, что как это ни прискорбно, лучше прогнуться под Сама-знаешь-кого, чем вступать в новую войну, которая еще неизвестно чем и когда закончится. Воспоминания о первой войне еще не зажили до конца, а возрождение Волдеморта, как и то, что творят его слуги, подкосило людей. Они, похоже, окончательно уверовали в то, что он неубиваем.
— А как же Поттер? Неужели его больше не считают надеждой всего магического мира?
— Считают по-прежнему. Но согласись — гораздо проще свалить решение всех своих проблем на будущего Мессию, даже если это всего лишь подросток, чем пытаться что-то изменить самим.
— Значит, пусть Спаситель там отдувается, раз уж ему на роду написано, а мы полюбуемся… Ну-ну…
