– Я не могу встать. Нога болит, – тихо сказала она.
– Знаешь что, красавица, – подошла к ней хозяйка. – Здесь тебя никто бесплатно кормить не будет. Ты должна делать свою работу. Если тебе не нравится, можешь…
«Валить отсюда», – мысленно закончила Ильза и крепко зажмурила глаза, чтобы не расплакаться. Она не могла обследовать свою ногу и вылечить ее, нахлынувшие чувства мешали сосредоточиться. Еще пару дней такой жизни, и она просто умрет. Конечно, сначала Ильза пыталась найти работу в приличном заведении, пусть и не богатом. Но оказалось, что это не так просто. Либо место было занято, либо предпочтение отдавалось людям постарше. В конце концов, гонимая голодом, Ильза пришла в этот трактир, а он оказался не только бедным и грязным, но и с бешеной хозяйкой, которая оскорбляла и била прислугу, состоящую всегда из пожилых либо совсем молодых женщин. Впрочем, иногда Ильза ей даже сочувствовала – трактир прибыли приносил немного, и постоянная борьба за существование не оставили в хозяйке ничего, кроме склочности и жестокости.
Но сейчас Ильза молила Хора, чтобы он обрушил на мерзкую бабу потолок ее проклятого трактира. Потолок остался цел, а вот дверь неожиданно распахнулась, не позволив хозяйке договорить. В полутемный зал вбежал человек в хорошей одежде и с оружием на поясе.
– Быстро! Коня почтенному купцу!
– Коня? – переспросила хозяйка, осматривая человека с головы до ног.
– Да. Коня. Конь уважаемого купца напоролся ногой на что-то острое, а моему хозяину надо добраться до дома. – Человек достал мешочек и побренчал его содержимым перед лицом хозяйки.
Это возымело должный эффект. Хозяйка кинулась на кухню, выволокла оттуда мужа, который все еще что-то жевал, и отправила его на маленькую конюшню. Чуть позже она сама вышла во двор.
Ильза медленно, опираясь на стол, поднялась на одну ногу. Она слышала доносящийся с улицы визгливый голос хозяйки. Держась рукой за стену, Ильза кое-как доковыляла до двери и вышла наружу. Она не совсем отдавала себе отчета, зачем это сделала и лишний раз попалась на глаза вздорной бабе.
– Это не конь, а самая несчастная кляча из всех, что я когда-либо видел.
– Это все, что у меня есть. Можете зайти и спросить у постояльцев. У некоторых есть лошади.
– Сюда? Зайти? Боже упаси, меня же клопы заедят насмерть.
Ильза увидела, что хозяйка в ярости сжала кулаки, но промолчала. Возле тощей лошади стояло два человека – тот, который заходил в зал, и еще один, одетый добротно и богато. Видимо, это и был купец, у которого захромала лошадь. Вид человека в приличной чистой одежде вызвал у нее тоску по прошлой жизни и желание еще раз посмотреть на него.
Внезапно Ильзу сбили с ног второй раз за день. Хозяйка не заметила ее и сделала шаг назад.
– И ты здесь? Как не надо – так можешь ходить, а как работать – так на полу валяешься! – завизжала она, раздраженная замечаниями богатого купца и давая выход своей накопившейся злости. Потом подняла Ильзу, влепила ей пощечину и бросила обратно на землю. – Мерзавка! Я тебе покажу, как притворяться!
– Что вы делаете? – раздался возмущенный голос. – Вы же сами толкнули ее. Поднимите девушку!
Кто-то коснулся руки Ильзы, предлагая опереться на локоть. Она с трудом поднялась и охнула от боли в ноге.
– Да она же почти ребенок, а вы бьете ее.
Услышав эти слова, Ильза, к своему стыду и огорчению, расплакалась.
– Я кормлю ее и даю крышу над головой, а она бездельничает!
– Помолчите. Я беру вашу клячу. Я не люблю вмешиваться в чужие отношения со слугами, да и вообще в чужие дела, но это переходит все границы. Кто эта девушка?
– Не знаю. Пришла с улицы. Бродяжка, наверное, здесь много таких шатается.
– И поэтому надо так обращаться с ней? Или вы всех своих слуг бьете?
– Да. Бьет.
Сказанные слова изумили не только уважаемого купца, его спутника и хозяйку, но и саму Ильзу, поскольку прозвучали из ее уст. Девушка сама не знала, что побудило ее так ответить. Бесконечная усталость, страх, боль в ушибленной ноге и обида от унижений скандальной бабы. Слезы лились по ее лицу, и стоящие перед ней люди расплывались и превращались в причудливые силуэты. Видимо, она потеряла сознание на какое-то время, потому что очнулась от ветра, дувшего ей в лицо, и ощущения движения.
– Она пришла в себя, сударь. Я усажу ее поудобнее.
Ильза почувствовала, как чьи-то руки придерживают ее за плечи, прислоняют к теплой груди, услышала цокот копыт и поняла, что едет на лошади. Нога продолжала болеть, и теперь к ней прибавилась и головная боль.
– Как тебя зовут, девочка? – услышала она.
– И-ильза.
– Вот и хорошо. Мы скоро приедем, и ты отдохнешь.
Слово «отдохнуть» понравилось Ильзе, хотя она не понимала, куда они едут, а главное, почему она не в трактире. Она собрала оставшиеся силы и обследовала ногу. Сильный ушиб и небольшой вывих. Не перелом, и на том спасибо.
– А что вы сделали с…
– Разрубить хотели, а потом пожалели, – хохотнул кто-то над ухом Ильзы.
– Ну что такое, здесь же дама.
– Простите, сударь.
