— Встать! — Уль Джен повысил тон всего немного, но лед в его голосе был смертельным. — Достопочтимый Тиффано, извольте приструнить свою спутницу, иначе…
— Иначе че? — я вздрогнул от неожиданности. Голос Лидии изменился почти до неузнаваемости, он стал высоким и детским, в нем появились развязные нотки.
— Иначе вы отсюда живыми не выйдете, — Уль Джен продолжал игнорировать ее, обращаясь только ко мне, однако я различил в его глазах тщательно скрываемую тревогу.
— Да ну? — протянула Лидия. — Тогда ваш потаскунчик из борделя расскажет все, а сверху еще подробностей приплетет про Гук Чина… Эка вас перекосило, достопочтимый… как вас там?..
— Достопочтимый Уль Джен, — подсказал я.
— Понятия не имею, о чем говорит ваша спутница, — лицо церковника сделалось злым. — Представьте ее и потрудитесь дать объяснение ее присутствию здесь. И пусть откроет лицо. Иначе…
Одного движения бровей маш-уна хватило для охранника, который шагнул к Лидии. Я проворно заступил ему дорогу, понимая, что та не просто так закрыла лицо.
— Гаш-и-ман Сы Чин, — еще раз поклонился я молчащему послу, — смиренно прошу вас вмешаться и позволить моей спутнице покинуть посольство. Я останусь здесь и приму ваши условия, как только она…
— Ой да ладно, — Лидия хлопнула меня по плечу и отодвинула в сторону. — Сейчас сниму. И так голова чешется от этих дурацких повязок… И эта… я же сказала, да? Святой Престол в моем лице смиренно… тьфу! Не умею я так заковыристо. В общем, знайте, шалунчик ваш давно покинул посольство и сейчас уже наверное сидит в каком-нибудь монастыре под охраной… Ну и если че с нами случится, то молчать он не будет, сами понимаете. Посол, а достопочтимый хан сильно гневаться будет, если прознает, как ваш сынок с этим мальцом кувыркался, а?
Я забыл, как дышать, остальные, похоже, тоже. В комнате воцарилось страшное ледяное молчание, в котором было слышно, как безумица разматывает шелковые повязки на голове.
— Вот демон, забыла же представиться! — последняя полоска ткани упала на пол, и я задохнулся от ужаса, уставившись на страшную лысую голову Лидии. — Нишка Чорек, инквизитор. Если че, я его сопровождаю, – она обернулась и тыкнула в меня пальцем, незаметно подмигнув.
Говорят, отчаяние загнанного в угол может превратить его в опасного противника. Надо признать, Лидии удалось поставить меня в безвыходное положение.
— Правда, она восхитительна? — кивнул я в сторону лысого чудовища, задумчиво щиплющего ягоды винограда на блюде. — Достопочтимый Уль Джен, ваши охранники же обыскали посольство и не нашли этого прелестного юношу, которого вы собирались мне подложить? Думаю, он уже предстал перед монсеньором. Поэтому не стоит делать резких движений. Поговорим спокойно. Распорядитесь принести одежду мне и моей спутнице. И поторопитесь, в ваших же интересах, чтобы мы с госпожой Чорек не опоздали с докладом монсеньору, а то случится еще одно досадное недоразумение…
Посол, не проронивший за все время ни слова, неожиданно обратился к Лидии:
— Ваше лицо мне кажется знакомым… Где я мог вас видеть?
Она беспечно пожала плечами.
— Так знамо где, в Восточном квартале, я там у ваших частенько покупаю рисовое печенье, уж больно вкусное. Только я вас не припомню, простите, вы для меня все на одно лицо… Кстати, а у вас печеньки такие есть? Вы поищите, вдруг найдете…
Я сосредоточился на том, чтобы сохранить невозмутимость, чтобы не случилось, даже если Лидии вдруг вздумается голышом поплавать в бассейне. Что с ней делать, я буду думать позже, когда мы отсюда выберемся.
Расторопные слуги уже успели принести чайные принадлежности и усадить посла. Уль Джен остался стоять рядом с повелителем, его взгляд был темным и непроницаемым. Специально для Лидии раздобыли то самое рисовое печенье и подали другие сладости. Я лихорадочно соображал, что делать.
Разумней всего было прямо сейчас покинуть посольство или хотя бы выпереть отсюда безумицу, которая уже нацелилась на тарелку с печеньем. Но надо было решить вопрос с гаяшимцами и не допустить дипломатического скандала.
— Великородный гаш-и-ман Сы Чин, — начал я, — смиренно прошу вас простить и меня, и мою спутницу.
Святой Престол южного обряда ни в коем случае не хотел оскорбить вас, просто некоторые меры предосторожности, предпринятые нами, должны были послужить исключительно на благо общему делу.
Кстати, когда придет профессор Адриани, рекомендую незамедлительно проводить его сюда, чтобы он смог меня увидеть и убедиться, что все в порядке. Иначе… у него может сложиться превратное представление о ситуации, которым он незамедлительно поделится с монсеньором…
— Че? — оторопела Лидия, не донеся печенье до рта.
— Вы второй раз смогли меня удивить, достопочтимый Тиффано, — неожиданно мягко проговорил Уль Джен и кивнул в сторону лысого недоразумения. — И, кажется, не только меня…
— В этом мире никому нельзя доверять, поэтому я позаботился сразу о нескольких путях отступления. Но давайте приступим к делу. Я еще раз прошу прощение за поведение моей спутницы, увы, госпоже Чорек не хватает воспитания, но уверяю вас, она не хотела вас оскорбить…
