- Я пришел…
- Я знаю. Беспокоишшшься о здоровье своего нага?
- Ты все знаешь, Алес, - вздохнул я. – Что с ним происходит? Шери сказал, что ты заставил его снять корсет.
- Ты уже знаешшшь, почему наги носят свои корсеты?
Я покачал головой, а он кивнул мне на соседнее кресло, прося присесть.
- Конечно, прежде всего они для нас как одежда, мы ведь большшше ничего не носим, считаем лишшшним, - начал рассказывать наг, задумчиво сворачивая в кольца изумрудный хвост. – Но прежде всего они для защщщиты. Носить корсет может только сильный, здоровый, а, главное, небеременный наг. Есть негласное правило – никто не посмеет напасть на нага без корсета, пусть даже представитель враждебного клана. Те, кто ожидает в скором времени потомство, уходят из поселения в убежищщще, чтобы не подвергать риску свою жизнь и жизнь своего детенышшша. К тому же, беременные наги совершенно бесполезны магически – их энергия нужна для подпитки яиц. А если наг перестанет контактировать с яйцом, детенышшш погибнет. Поэтому мы и отправляем их в надежное место до тех времен, пока не вылупятся маленькие наги. И потом, корсет бы крайне мешшшал беременности. Знаю это по себе, когда ждал Ниашшша и не снимал его до последнего, чтобы не лишать Ашшшеса поддержки. Впрочем, он быстро меня раскусил, - усмехнулся Алес.
- Я и не знал, что вы придаете ему такое значение. А Шери? – взволнованно спросил я, на секунду представив моего нага с маленьким детенышем на руках, точно таким, каких мне показывали вчера…
- У твоего нага магическое ослабление. Достаточно сильное. Причину я пока не вижу, но клану он пока помочь ничем не может. И лучшшше не пускать его в сражения, поэтому от корсета пришшшлось избавиться. Магия резко увеличивала физическую силу, а сейчас бы он не справился даже с горгоньим подростком.
- А разве такое бывает с нагами? – спросил я, слегка расстроившись, когда мое видение растворилось призрачной дымкой.
- Бывает, время от времени. Это должно скоро пройти. Если только это не начало его беременности, - хитро подмигнул мне Алес.
- А когда можно будет узнать наверняка?
- Я осмотрю его ещщще раз сегодня вечером. Честно сказать, даже намека на плод я не вижу. От него должны идти магические импульсы, а их нет. Но как знать, я иногда тоже ошшшибаюсь…
- Ты о… Шаасе?
Наг посмотрел на меня с усталостью и сожалением в зеленых глазах.
- Шшшери не нужно было рассказывать мне о том, что он видел, я наблюдал за этим собственными глазами. Это действительно похоже на стихийную магию, только пока она очень слабо развита. Думаю, на это повлияло то, что он пропустил свой ритуал взросления.
- Алес, а что ты знаешь о стихийных магах? Мне сказали сегодня, что ни один из них не прожил долго.
Наг вдруг рассмеялся, пока я недоумевал, что могло его так развеселить.
- Ещщще бы они прожили! Однажды поссорились между собой и пытались натравить три стихии друг на друга, а те в итоге взбунтовались и погубили их. Если ты беспокоишшшься о Шшшаасе, то напрасно. Такие, как он, нигде не пропадают.
- Ты несправедлив к нему, Алес…
- Несправедлив? Он никогда не вернет клану убитых нагов.
- Я не верю, что Шаас виновен в их смерти. Если он спас меня, то едва ли стал бы убивать своих сородичей.
- Он уже давно не считает нас за своих, - фыркнул наг. – И мы привыкли не считать.
Больше разговаривать об этом я не видел смысла и вскоре попрощался со старейшиной. Несмотря на доводы Алеса, убеждение в невиновности Шааса только крепло, и я сам не мог себе объяснить, почему.
А на главной поляне поселения столпились и возбужденно переговаривались наги. Место, где до сих пор был прикован горгоний мальчишка, пустовало. Что же с ним сделали?
Я подошел ближе и нашел в толпе Ришаса, чей золотой в зеленых крапинках хвост было невозможно не заметить среди других. Наг обрадовался моему появлению, дружелюбно похлопав по плечу кончиком хвоста.
- Что здесь происходит, Риш? – поинтересовался я.
- Ашшшес устроил допрос горгону, - хмыкнул наг. – Теперь мы точно узнаем об этих тварях все, что хотим!
- Он же… не пытает его?
- Нет, нашшш предводитель не опустился бы до такого. Просто он при помощщщи своего амулета может пресечь любую ложь и заставить говорить правду.
- А что потом станет с Нарлом?
- С горгонышшшем этим? Вот уж не представляю. Ясно одно – домой он уже никогда не вернется. Но и здесь… только нагов нашшших смущщщает. Ниашшш уже второй день сам не свой…
- С чего ты это взял?
- Я вижу, как он на него смотрит. Вроде пытается строить из себя этакого храбреца, который не побоялся изловить горгона… смеется над ним… а во взгляде… - наг смутился, вспоминая лицо друга в этот момент. – Если Ашшшес узнает, Ниашшшу придется туго…
- Если я узнаю о чем? – Ашес подошел к нам незаметно, словно обладал магией невидимости своего сына.
- Не бери в голову, Ниашшш вечно чего-нибудь вытворит, - не моргнув и глазом, ответил Ришас. – Очередная забава, не более.
- Ну-ну. Смотри, юный наг, как бы я и тебя не заставил говорить с помощщщью магии правды!
- Он всегда такой, - усмехнулся мне Ришас. – Когда сердится. Ашшшес, а что там с допросом?
