- Нет, - пораженно выдохнул наг. – Это же безумие, ты мог лишшшиться не только сил, но и жизни! Я бы пережил измену, но потерять тебя…
- Я не могу быть ни с кем другим, - покачал головой Алес, привлекая его обратно в свои объятия. – Иди сюда, Ашшш. Можешшшь проверить, правда ли то, как сильно я тебя сейчас хочу…
- В это я тоже верю, - усмехнулся Ашес, обвивая его своим хвостом. Холодные чешуйчатые кольца легли на плечи и спину, а ниже сплелись с изумрудным хвостом так тесно, что казались одним целым. – По крайней мере, доказательства налицо.
Он опустил руку вниз, скользнув по гладким пластинкам чешуек, покрытых выступившей горячей смазкой. Алес застонал, прижав его руку хвостом. Вскоре чешуя под ней раскрылась совсем, обнажая влажный возбужденный орган.
Его запах завел Ашеса до безумия. Одной рукой сильно сжав основание члена, другой он вцепился в его волосы и дернул на себя, впиваясь в губы. Этот поцелуй не был ласковым – он словно наказывал, дразнил, сводил с ума. Раздвоенный язычок скользнул в рот, доверчиво раскрывшийся навстречу. Ашес нечасто брал верх над супругом, но сегодня этого хотелось до боли, до судорог в сведенном напряжением хвосте. Он тоже уже совсем истекал смазкой, но торопиться не хотел, предаваясь ласкам до тех пор, пока Алес не выдержал и взмолился. Тогда Ашес рывком опрокинул его на живот и резко вошел, вызвав вскрик.
Сильные, даже грубые толчки в его теле заставляли Ашеса все сильнее дрожать – от желания, немыслимого удовольствия, от ощущения власти над ним. Но власти правильной, такой нужной, что тело отчаянно требовало еще, страстно изгибаясь навстречу. Хижину заполнили громкие стоны, стойкий острый запах смазки, звуки подающихся навстречу тел – влажные, бесстыдные, такие громкие в тишине этого утра.
Но Алесу было мало этого, мало просто отдаваться ему, когда хотелось взять самому, вспомнить в очередной раз жар его тела, терпкий резкий вкус, которым мог обладать только он.
Он неожиданно вывернулся из сильных рук, подминая недоумевающего Ашеса под себя. Алес не дал ему и звука издать в ответ, затыкая рот поцелуем.
Эта блестящая серебристая чешуя не давала ему покоя с самых юных лет, когда он только-только начинал чувствовать влечение к белокурому нагу. Эта страсть – словно клеймо, она не пройдет со временем и не утихнет, она будет преследовать его всегда, до самой смерти. Эта любовь к нему, которая разрывала Алеса на части и заставляла ревновать и сходить с ума. Которая объясняла все его поступки и заставляла прямо сейчас нежно шептать о ней Ашесу, вздрагивающему под ним и смущенному неожиданной сменой ролей.
В итоге рассвет они встретили лежа в той же постели, тесно прижавшись друг к другу, усталые и невозможно счастливые. И только тогда Алес тихо сказал ему, не выпуская из своих объятий:
- Я хочу, чтобы ты выносил детенышшша, Ашшшес.
Серебристый наг улыбнулся в ответ.
- Ещщще один детенышшш?
- Ну, не обязательно один, - засмеялся Алес. – Я успел подумать только об одном.
- У меня есть выбор?
- Никакого, - Алес снова поцеловал его, привлекая к себе.
- А время на раздумье?
- Две секунды.
- Алес!
- Одна секунда.
- Ты просто невыносим. Да, да! Я хочу этого, очень хочу! – простонал Ашес, заводясь пуще прежнего.
- Я люблю тебя, Ашшш.
- Но только одно условие, - улыбнулся Ашес, глядя в зеленые глаза.
- Условие?
- Я не буду все время снизу!
Алес засмеялся, крепче сжимая его в объятиях.
- Это я уже понял!
Вскоре наги позабыли обо всем на свете, снова и снова погружаясь в эту непреодолимую страсть, и вновь по венам бежал огонь, и вновь они сливались друг с другом, становясь одним целым. А когда наступило утро, они уже спали, измученные и будто впервые до смерти влюбленные друг в друга.
========== Шаас и клан ==========
Наги нервничали, сбившись в одну толпу на главной поляне поселения. Они ждали уже достаточно долго того, кто мог принести им как хорошие, так и плохие вести. Ришас от волнения слишком крепко сжал хвостом тоненький ствол молодого дерева, с треском ломая его пополам и удивленно оборачиваясь на свою работу. Шери хмурился, обнимая своего человека, который держал на коленях детеныша. Сам человек был задумчив и только изредка улыбался своим мыслям, глядя то на понурого супруга, то на нервничающего Ришаса. Троица нагов с Элишем и его детенышем уже не стояла в стороне, как раньше – множество пережитых событий в жизни нагов окончательно сплотили их с кланом. Дареаш располагался чуть позади Алеса, словно его тень, задумчиво гладя свой амулет и невидящим взором глядя вдаль – похоже, у него начиналось очередное магическое видение. Алес стоял почти вплотную с Ашесом и был совершенно спокоен, словно знал, что принесет им сегодняшний день. Ашес злился на гостя, который когда-то был их смертельным врагом.
