Вряд ли ты можешь представить, как мне жаль, что мы не успели поговорить до твоего отъезда и я не поехал с тобой. Ничто не заменит возможности взять тебя за руки и еще раз взглянуть в твои глаза, и этот исчерченный лист не передаст всего, что я чувствую, когда пишу эти слова. Ты вольна не верить мне после всего, что случилось, и все же я прошу: поверь. Я люблю тебя. Мое чувство не было частью искалечившего нас заговора. Прости, что ты услышала эти слова, когда боялась за свою жизнь и рассудок, когда я угрожал тебе. Я любил тебя до того, как мы отправились в путь, и люблю сейчас, когда заклинание больше не властно надо мной. Предполагалось, что я возненавижу тебя, но я не смог, и никакое заклятие не сумело бы сломать того, что наполняет мою душу.
Моя любимая Алана! Спасибо, что оказалась такой смелой, такой сильной и такой великодушной. Ты имела полное право винить и ненавидеть меня, но не стала. Могла бросить меня в том лесу и убежать, и никто не осудил бы тебя. Знаю, я жив только благодаря тому, что ты как-то убедила Кариона помочь мне. Я надеюсь, это не стоило тебе многого, и прихожу в ярость от одной лишь мысли, что тебе чем-то пришлось заплатить этому опасному человеку.
Ингард рассказал мне, как ты с самого начала была уверена, что я попал под действие заклинания, и, когда мы вернулись, ждала моего пробуждения без злости и страха. Это очень много значит для меня.
Но я очнулся, лишь когда мне было позволено очнуться. Пытаясь разлучить нас, мой отец бросил тебя в руки пожелавшему новую игрушку Кариону. К сожалению, он временно преуспел в этом: мы разделены и ты рядом с умеющим ломать даже самые стойкие сердца опытным манипулятором. И все же я надеюсь, что твою чистую душу не поглотить этому мраку. Ты одна из сильнейших женщин, что я знаю.
Я должен, я принял решение остаться в Приюте до битвы за орден, которая последует совсем скоро. Не хочу пугать тебя и вдаваться в подробности, скажу лишь, что пар-оольцы хотят взять Приют штурмом, что у них, конечно же, не получится. Однако я нужен здесь. Если бы не необходимость помогать теряющим разум послушникам и наставникам, я уже мчался бы за тобой.
Простишь ли ты меня за все, что произошло в том лесу, за то, что я, зная, какой опасности ты подвергаешься рядом с Карионом, остаюсь в Приюте, а не нагоняю ваш отряд? Этот выбор разрывает меня пополам. Надеюсь, что со временем ты сможешь понять, почему я сделал его.
Твой змеиный крест теплеет у меня в руках. Я ощущаю нить, связывающую тебя и его, и пойду вслед за этой нитью сразу, как смогу, обещаю. Я не оставлю тебя одну. Прошу, подожди немного.
А пока, Алана, пожалуйста, держись ближе к Роберту. Он защитит тебя. Он — единственный, кто встанет между Карионом и тобой, если черный герцог посмеет обидеть тебя. Ты можешь довериться Роберту, когда это чудовище попытается подчинить тебя.
Мысленно я с тобой. Нас разделяют сотни лиг, мне не услышать твоих звенящих мыслей, но я с тобой.
Алана, я очень жду твоего ответа. Даже если не можешь откликнуться на мои чувства, если не хочешь моего присутствия, если злишься или предпочтешь больше не иметь со мной, причинившим тебе столько боли, дела, ответь мне, пожалуйста. Напиши хотя бы, как ты, удается ли тебе избежать опасностей, хорошо ли себя чувствуешь.
Мы скоро встретимся.
Келлан
