Голова кружилась. Проклятый демон поедал его, обессиливая, уже не первый день, но только сейчас Вестер понял, насколько же на самом деле истощились силы. Когда его настигло заклятие Ренарда, он даже не удивился — лишь безмолвно рухнул на спину, раскинув руки, и боль в затылке кровавыми искрами наполнила его голову, поглощая свет.
Демон не откликался, и Вестер испугался, что стал слишком слаб даже для призыва. Да, монстр редко появлялся сразу, но сейчас это показалось ему по-настоящему дурным знаком. То были долгие часы тишины — и отчаяния птицы, запертой в клетке. Вестер пытался подцепить и снять спинелевый браслет, но пальцы не слушались. На самом деле, нащупав холодный дурманящий ободок, он вообще перестал понимать, почему очнулся: спинель на голой коже должна была держать его без сознания днями.
Голова кружилась, но уплывающий, растекающийся разум был ему все еще частично подвластен. Наконец Вестеру удалось подоткнуть под браслет простыню, и дышать сразу стало легче. Покачиваясь, он встал, таща за собой шелк, и, спотыкаясь, добрался до двери. Вестер навалился на нее всем телом, но она не дрогнула, и он сполз по ней, ища в неверной памяти нужные заговоры.
И тут зеркало над столиком со сгнившими фруктами засветилось, отражая чужеродное этому миру лицо с холодными и острыми чертами. Вестер увидел это свечение раньше, чем ощутил у своего правого плеча пронизывающий до костей холод. Он тут же обернулся. Демон стоял перед ним, величественно глядя на него сверху вниз своими пугающими кошачьими глазами цвета янтаря.
— Я убью себя прямо сейчас, здесь, в этой запертой комнате, если ты мне не поможешь, — без предисловий сказал Вестер, сжимая нож для фруктов у своего горла.
— Или я снова обездвижу тебя, — промурлыкал демон, протягивая к Вестеру длинную руку с острыми ногтями. — И позову Ренарда Лисара. Он будет кормить меня твоей кровью, а тебя носить с собой, чтобы я мог быть рядом с ним. Он намного умнее тебя, бастард.
Существо произнесло имя брата серого герцога нараспев, словно наслаждаясь. Вестер не сомневался, что Ренард готов выполнить любую просьбу властного гостя. Но у Лисара, каким бы услужливым он ни был, не текла в венах кровь, открывающая двери. Без этого демон, как и остальные твари, попросту не мог выйти за пределы Разлома. Именно кровь Вестера давала ему возможность появляться вот так — в ореоле белого сияния, но вполне осязаемым и сильным — вне той мрачной расщелины, за которую никто из их народа проникнуть не мог.
— Я отзываю свое разрешение! Не получится больше вслепую использовать мою кровь, — выдохнул Вестер то, что вертел в голове последние полчаса. — Ведь наша сделка так и не состоялась, верно?
— Верно, — голос демона будто погрустнел. — Тогда у меня лишь двадцать два часа, чтобы убедить тебя, миг в вечности… Но я готов поторговаться с тобой.
— Если ты мне поможешь, сделка может состояться совсем скоро, — выложил карты на стол Вестер. — Я найду Даора Кариона и с твоей помощью надену на него ошейник. Теперь я знаю, как найти его, через мою жену, в которой…
— Ребро, увитое серебром, — закончил демон, обходя Вестера и становясь прямо перед ним. — Как то, что было у тебя, пока я не освободил тебя от власти металла. Меня сегодня уже попросили найти женщину. Но у них ничего не выйдет без моего присутствия, а они так боялись тебя туда нести, что отвергли мое предложение. Они уже должны быть мертвы.
— Ты знаешь, где Юория? — Сердце Вестера дрогнуло. — Проведешь меня. Три тысячи лет, как и договаривались.
— Еще ты хочешь, чтобы я помог тебе выбраться отсюда, — высоко прошептал демон, и от этой вкрадчивости мурашки пошли у Вестера по коже. — А взамен что ты мне предложишь, запертый в клетке бастард?
— Что ты хочешь?
— Твою любовь. Она дает тебе много силы.
Вестер даже опустил нож, не веря в услышанное. Кровь разом схлынула куда-то вниз. Нет, не Юорию, не последний еще принадлежащий ему кусок его самого. Никогда.
— Нет.
— Ты несговорчивый мальчик, — сокрушенно покачал демон своей увитой серебряными волосами головой. — Хорошо. Ты зачнешь ребенка, носителя твоей крови, и отдашь его мне.
— Ты хочешь себе раба, — как во сне проговорил Вестер. — Хочешь ходить по миру свободно, не завися от меня, да?
— Да.
— Но ты же даже не сможешь воспитать его под себя, — не понимая, зачем вообще обсуждает это, возразил Вестер. — По крайней мере, вдали от меня.
