Алана с трудом приоткрыла глаза и села. Солнце, скрываемое теперь ветвями деревьев, проносилось бликами слева по ходу, справа же был виден только крутой склон и дальше за ним неровный горный лес. Алана отметила, что Ишара ждет чего-то именно от нее, и в который раз подивилась тому, как легко женщина отдала ей роль главной после вчерашней попытки бегства. Теперь едва Ишаре что-то не нравилось или казалось странным, она жаловалась Алане и будто бы ждала от нее действий по исправлению ситуации. Алана пыталась объяснять это тем, что женщина никак не могла поверить в реальность опасности и просто искала какую-то сильную фигуру для опоры рядом, но выходило плохо: ее беспомощность раздражала чем дальше, тем больше.
Тем не менее Алана попробовала прислониться лбом к прутьям клетки, чтобы посмотреть вперед, и тут же нервно отшатнулась: колеса проходили по самому краю глубокого каменистого оврага. Они ехали и ехали наверх, и чуть позже овраг сменился настоящей пропастью. Теперь разбойники держались перед клеткой и позади нее, растянувшись по тонкой горной тропе. Ишара, не добившись от Аланы ответа, что-то шептала то ли себе, то ли своему сыну, покачивая маленькое худое тельце. Жесткая дорога все не кончалась, клетку подбрасывало на крупном щебне, и Алане то и дело приходилось хвататься за прутья, чтобы не упасть.
Несколько раз ей показалось, что она слышала рык, и она искала глазами на скалах белые силуэты. О больших снежных ягуарах Алана только читала, а сейчас не знала, молиться о том, чтобы они напали или чтобы не заметили людей. И то и другое было плохо, ведь, если бы клетка сорвалась вниз, вряд ли кто-то пережил бы такое падение, но другого шанса избавиться от провожатых Алана не видела. Вот что-то белое мелькнуло между высокими стволами, и она испуганно перебралась в центр повозки, чтобы не видеть, нападет животное или уйдет.
Взгляд ее то и дело упирался в спокойно читавшего мужчину, который не поворачивал головы ни в сторону пропасти, ни в сторону рычания. Алана не понимала, почему он так бесстрастен. Ей всегда казалось: повстречав угрозу своей жизни, человек всегда будет бояться всего, что хотя бы немного напоминает ему пережитое. Мужчину же присутствие зверей, еще недавно искалечивших его, не волновало. Один раз он встретился с ней глазами и улыбнулся, и от этой улыбки по спине Аланы побежали мурашки.
Ишара начала всхлипывать, дергая ее за рукав.
— Ишара, — обратилась к ней Алана. — Мне кажется, ты зря беспокоишься. Просто едем иначе, ничего особенного. Скоро устроят привал, можно будет и спросить. Они, конечно, не самые приятные люди, но почему бы им не ответить. Да и потом, нет смысла не довозить тебя до места, ты же им платишь.
— Не надо к ним просто так обращаться, — шикнула на нее женщина. — Зачем их злить? Они и так вчера были злые! А все ты, с этим твоим побегом!
Алана растерялась. Чего-чего, а обвинений она никак не ожидала.
— Думаешь, я была не права?
— Они теперь нас вообще выпускать не будут, — зло сказала Ишара. — Ты как собираешься, под себя ходить? Если бы ты вчера не чудила…
Алана прикусила язык. С одной стороны, она понимала, что Ишара просто испугана и, не добившись разделения своего страха, пытается задеть попутчицу. С другой — не так уж женщина была не права. Малоприятная перспектива не иметь возможности выйти из клетки еще несколько дней здорово напрягала. Стало мучительно стыдно при мысли о том, что придется как-то справляться на ходу.
— Нам сегодня не дали еды, — продолжила Ишара, — думаешь, не поэтому? Не из-за того, что ты их разозлила вчера?
— Прекрати на мне срываться, — тихо ответила ей Алана. — Ты боишься. Я тоже. Не нужно нам ссориться.
— Я не рискну снова пытаться бежать, — зашипела на нее Ишара. — И тебя прошу, не иди. Они ведь сделают со мной что-нибудь, не с тобой. Все из-за тебя.
Алана отвернулась, чтобы не слушать, и снова встретилась глазами с мужчиной. Он смотрел на нее, будто скучая.
— Что ж ей не ответишь? Она не права.
— Это… — Алана посмотрела на него гневно. — Не твое дело.
Он удивленно поднял брови, и в черных его глазах промелькнуло что-то опасное.
— Не стоит так говорить со мной, девочка.
— Это не твое дело, — упрямо повторила Алана. — Знаешь, она напугана, я напугана и зла, а ты лезешь ко мне под горячую руку. Давай ты будешь просто читать, как и раньше.
— И ты мне угрожаешь… чем, позволь спросить?
Его голос стал холоднее, и Алану где-то за солнечным сплетением будто потянул невидимый, но очень ощутимый крюк. «Точно дознаватель», — подумала она мрачно. Отвечать ему не хотелось, ссориться с ним — тем более. Алана отвернулась.
— Ишара, — протянула она к женщине руку. — Я не поставлю тебя в опасность, я правда постараюсь. Прости.
Алана услышала сзади смешок, и это разозлило ее. Как он может судить!
— Чем же ты так напугана? За тебя хорошо заплатят, ты не пострадаешь.
И прежде чем Алана нашла что ответить, Ишара подхватила:
— Кто ты вообще? Куда тебя везут? Кто такая Юория, о которой он говорил вчера? Почему тебя нельзя трогать?
