– Да. – отвечает честно Марко. – Если Флавио так открыто утверждает, что его поддержат старейшины, значит он уже заручился их поддержкой и получил зелёный свет на поездку на Сицилию. Но мы можем просто его убить и бросить вызов всем старейшинам, посмотреть, захотят ли они вмешиваться в семейные дрязги.
– Чем он им так импонирует?
– Он старше, его не бросала девушка при всех в церкви. – отвечает Марко и плотно стискивает челюсти. Его тело напрягается, сигнализируя, что эта тема для него очень болезненна.
– Если расскажу всем, что ранила Флавио и он больше не может иметь детей, это навредит репутации?
– Тебе никто не поверит, ты не итальянка и член клана.
Вздыхаю.
– И что тогда делать? Они ведь могут назначить кого-то своего, другого вместе Флавио.
– Не рискнут. Не переживай, я решу ситуацию.
Слова Римлянина не успокаивают меня.
Марко отвозит меня в больницу и оставляет там на попечение бледной Альбе. Подруга напоминает белый лист бумаги, который сильно помяли. Она дрожащим голосом рассказала мне, что Винни прооперировали, ранение было серьёзное, но врачам удалось спасти его.
– Иди лучше к Винни, он скоро придёт в себя и будет рад тебя увидеть рядом с ним. Со мной всё хорошо. – Мне не хотелось обременять подругу, у неё только начало всё налаживаться и сейчас ей нужно было быть рядом с любимым мужчиной. – Альба! У меня пара царапин и испуг, со мной ничего не случится. Тут везде люди Луккезе.
Подруга немного ещё сопротивлялась, а потом пошла к палату Винни.
Я откинулась в кресле. Врач вколол мне успокоительное и теперь меня клонило в сон. Постепенно сердцебиение приходило в норму, а голова прояснялась.
Марко.
– Марко. – при виде меня Флавио громко рассмеялся. Он сидел в кабинете Кобейна расслаблено, требуя, чтобы его отпустили. Дядя был уверен в своих силах. – Из-за твоей глупой выходки я не успел на свой самолёт, тебе придётся организовать мне перелёт.
– Почему ты так уверен, что мы тебя отпустим?
– Ты же не хочешь, чтобы тебе жопу растянули. – Флавио становится серьёзнее. – У тебя нет выбора, племянник. Если ты отдашь мне мою жену и останешься в вонючем Палермо гнить, тебя оставят в живых. Если же решишь своевольничать, то тебя просто убьют, как и твоего ребёнка, а с Лили я ещё поиграю. Не успел насладиться ей вдоволь.
– Ты не посмеешь ей ничего сделать. Если кто-то узнает, что она беременна не твоим ребёнком, твою репутацию уже ничто не отмоет. Никто не будет поддерживать импотента.
Мои слова уязвляют дядю, чёрные глаза вспыхивают ненавистью.
– Глупыш. – только и говорит он. – Времена изменились, мафии не нужна сила и честь, всем нужны деньги и перспективы. У меня есть свой наркотрафик, наложенный в Америке. Я могу каждого сделать миллионером. А что можете Вы с Вито? Фантазировать?
Смех Флавио начинает меня раздражать.
– Никак не могу понять, что ты так в неё вцепился? Не втирай мне только про любовь с первого взгляда. – Мне действительно было интересно, почему Флавио не оставлял Лили в покое, он с первой встречи ходил за ней попятам, ловя момент.
Дядя не ответил на мой вопрос, и кровь закипела в венах. Ублюдок имел серьёзные виды на мою девочку. Лили по праву принадлежала мне и носила моего ребёнка. Сколько ещё нужно терпеть его угрозы?
Заходя к Флавио я закрыл дверь, нам никто не сможет помешать. Моё внимание привлёк канцелярский нож на столе. Злость захлестнула с головой и меня накрыл туман.
Я очнулся через несколько минут от хриплого возгласа отца. Вито пытался снять меня с Флавио, истекающего кровью.
– Нет греха больше, чем кровь собственного брата на руках. – тихо произнёс отец, рассматривая меня с окровавленным ножом в руках. Ему не хотелось верить, что всё закончилось именно так. – Я просил тебя, ничего не предпринимать и дождаться меня! Почему ты постоянно всё портишь, Марко! Я не узнаю тебя.
Вито сорвался на крик, а мне, честно говоря, было наплевать. Нет Флавио – нет проблем. Пока сукин сын жив, он будет постоянно подсерать всё и угрожать моей свободе.
– Это была самооборона. – усмехаюсь, отбрасывая нож. Частично я говорил правду. Дядя не оставил мне выбора. – Мне пришлось выбирать между его жизнью и жизнью моего наследника. Он открыто угрожал, что сделает всё, чтобы Лилия не родила. Флавио обещал старейшинам наркотрафик из Америки, золотую жилу. Они бы ни за что не поддержали нас.
Отец сел на стул, поджимая губы. За последние месяцы он сильно постарел.
– Ты знаешь, что ты сильно подставил Кобейна? И чем тебе за это придётся заплатить? – за то, что главу клана убили на земле Кобейна, старейшины потребует его наказания. Кобейн должен был поплатиться кровью.
Я хорошо взвесил все «за» и «против».
Флавио не приехал бы на Сицилию, если бы не был уверен, что его поддержат все старейшины. Нам пришлось бы отпустить его и он бы потребовал на совете, что бы я отдал ему Лили вместе с ребёнком как жену.
