Здесь жила девушка, которая была очень дорога снежному богу. Адашу она тоже полюбилась — сколько раз та смертная приходила сюда, сколько раз здесь любовалась небом и лесом? И всегда добра, мила, искренна…
А еще здесь было деревце, которое в тот страшный вечер до последнего пыталось укрыть его своими ветвями и корнями… за что и поплатилось. Наверняка и снежный бог, и та девушка были опечалены, когда узнали…
И вот теперь старейший дух земли отчаянно искал ее останки.
И, похоже, нашел.
Адаш вдумчиво коснулся снега мгновенно запульсировавшим корешком.
Да. Именно здесь. Это деревце он помнил, как ни одно другое — потому что сам подарил ему вторую жизнь.
Адаш сперва нахохлился, а потом, решившись, скоренько закопался под снег, подняв целый белоснежный фонтан — так человек нырнул бы в холодную воду. Погрозил пальцем подобравшемуся было ближе юному морознику, пока совсем мелкому, необученному.
Все-таки уже близок конец зимы, раз молодые духи начали появляться…
Энергия пробуждающейся и свободной жизни начинала бурлить в воздухе, делая его сумбурным, легким, чудодейственным.
Таков запах весны.
Он тоже мог зачерпнуть разлитую вокруг силу жизни и пустить ее на благое дело.
Адаш провернулся на одном месте, ища нужные элементы. Хорошо, что стужа быстро сковала уцелевшие веточки и корешки — в них еще можно пробудить жизнь.
Древний дух приложил тонкую, сохранившую все иголки ветку к корешку и сосредоточился, сливая два в одно, выправляя жилки, по которым скоро пойдут древесный сок и смолы.
Из-под снега пробилось нежно-зеленое сияние.
Скоро здесь вновь вырастет их общее деревце, он уж постарается! Не зря же набирался сил…
А по весне елочку напитают самые чистые, самые светлые воды. Сеоль наверняка об этом позаботится.
Пожар же теперь будет обходить этот лес за километр и своим не позволит подойти.
Духи действительно умеют быть благодарными.
В конце концов, кто сказал, что чудеса умеют творить только боги?
Близилась весна, когда Ланеж наконец двинулся в путь, в погоню за холодами. В этом году его ждала незнакомая прежде задача — требовалось не пробудить своих духов, не привезти снега
и стужу, а, напротив, выровнять зиму и усмирить ее — подготовить почву для прихода весны. Часть духов предстояло отозвать на север, других — убаюкать на долгие три сезона… И убедить их в том, что давно не сердится на них, а то совсем оробели.
Напротив, он был им благодарен за верную службу. В следующем сезоне нужно будет непременно пуститься в путь самому, первому — второй такой изматывающей зимы его духи могут и не выдержать…
Появлялись новые. С обледеневшей ветки спорхнула, пробудившись, Шелькри-ледянница, с изумлением глядя на себя и на мир вокруг. Под раскидистым боярышником притаился морозник, совсем маленький, с детским восторгом наблюдающий за тем, как от его лапки озерцом разливается стынь…
Конечно, его не было — вот природа и пытается восполнить пробелы. В этом регионе не хватило стужи. На этот счет тоже нужно будет распорядиться.
В этом регионе.
Сердце тревожно екнуло, едва Ланеж понял, что преодолел предел срединных земель — вытянутую горную цепь, отделяющую их от Севера.
А затем и пересек границу ее государства. Чем ближе он подлетал к знакомым местам, тем сложнее было унять гулкое, тяжелое биение сердца.
А вот здесь была рана земли, которую позже окрестили раной Мира. Сньор поработал на славу — трещина открывалась не раз и не два. Возможно, и в последний раз они не окончательно срастили земную твердь…
Совсем близко. Час, другой — и вдали покажется город Рэлико…
Но в этот раз он не увидит ее. Не услышит тихого "Здравствуй".
Слово бога нерушимо.
Нужно не останавливаться, пролететь мимо и не мучить себя лишний раз.
Но он не смог.
В ее городе, так хорошо знакомом, Ланеж натянул поводья. Помедлил и все-таки спрыгнул с седла. Прошелся по уже знакомым улочкам, осыпая их напоследок снегом и собирая былые воспоминания. Здесь он когда-то впервые увидел ее. А здесь помог ее подруге… Этим путем как-то провожал ее домой, беззастенчиво подслушивая разговор… Издали взглянул на дом. Похоже, там все в порядке -
как обычно, здесь всё дышит теплом и уютом…
Увидеть он ее не сможет. Но, возможно, стоит привезти гостинец и попросить духов его отнести?..
А потом Ланеж свернул в старый парк. Миновал овраг, в который Рэлико однажды едва не свалилась. Поляну, на которой они вместе любовались звездами, хотя она тогда и не знала о его существовании. И только уже почти дойдя до места, где когда-то росла посаженная его наликаэ елочка, Ланеж спохватился и обругал себя — деревца ведь там уже давно не было!
Увлекся размышлениями…
Ямы в земле не было тоже — засыпали, должно быть. Не помни Ланеж точное место, теперь нипочем его не нашел бы.
Тогда, стоя здесь, он испытывал ярость. Теперь — только печаль.
