Знак Вопроса 1997 № 04 полностью

Поэт как бы переселился из гиперболического мира в эллиптический мир. Это была смена романтизма, тяготеющего к художественному (правополушарному) мышлению, скептицизмом, тяготеющим к логическому (левополушарному) мышлению.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. Для предсказания темпов эволюции мозга Р. К. Баландин в статье «Что такое время?» (Знак вопроса, 1996, № 4) предостерегает от линейной экстраполяции и предлагает использовать математический аппарат гиперболической геометрии. По нашему мнению, проще всего это сделать с помощью модели К. Дьюрелла. Релятивистские эффекты сокращения при этом передаются как оптические продольные сокращения, легко представимые с помощью школьной формулы линзы.

Веянием времени является гуманитаризация среднего и высшего образования. Но было бы неправильно проводить ее в жизнь путем замены часов по математике и информатике изучением древних языков и истории (что иногда происходит в лицеях гуманитарной направленности). Позитивной альтернативой такому одностороннему подходу является синтез гуманитарного и математического мышления, при котором материал подается так, чтобы он служил многоаспектному развитию учащихся.

Многие явления, которые не могут быть объяснены в рамках догмы одновременного времени (time-One dogma) приводит в своей книге «Man and Time» (Человек и Время) Дж. Пристли, испытавший большое влияние идей Успенского. Пристли описывает вещий сон жены генерала Тучков, приключившийся за три месяца до вторжения Наполеона в Россию: «За ночь ей трижды привиделся один и тот же сон: как она находится в незнакомой маленькой гостинице, в незнакомом городе, как к ней входит ее отец с маленьким внуком и сообщает упавшим голосом, что ее муж пал под Бородиным. Проснувшись в сильном расстройстве, она спросила мужа: где находится Бородино? Они пытались найти на карте Бородино, но безуспешно. Позднее все произошло так, как привиделось в трех снах…» На необходимость преодоления ограниченности позитивистского подхода указывал еще К. Фламмарион в книге «Неведомое (L’inconnu)». Известный французский астроном коллекционировал таинственные случаи видений, явлений умирающих или умерших, предчувствий. Русское издание этой книги вышло в 1901 г., а следующее — в 1991.

Параллельные уровни сознания у человека связаны метафорой. Без нее не существовало бы лексики «невидимых миров» (внутренней жизни человека). Действительно, почему бы нам вообще не употреблять слова только «грубо, зримо» — в прямом смысле? Если бы «глубина души» так же ясно воспринималась нашим взором, как, например, красный цвет, мы несомненно пользовались бы для ее обозначения прямым и только ему принадлежащим наименованием. Но все дело в том, что интересующий нас психический объект не только трудно назвать, о нем даже трудно помыслить. Одной из важнейших является проблема освоения компьютером метафорического мышления. Перефразируя известное высказывание Поля де Крюи, можно сказать: «Сооружались чудесные компьютеры, но не было человека, который достоин был в них смотреть».

«Идея Федора Константиновича составить его жизнеописание в виде кольца… сначала казалась ей невоплотимой на плоской и прямой бумаге — и тем более она обрадовалась, когда заметила, что все-таки получается круг», — писал В. В. Набоков в романе «Дар».