Гамбургский сенат принял в 1401 году решение покончить с пиратами, выделив на это значительную сумму и снарядив флот с флагманом «Пестрая корова». Зимой шла усиленная подготовка к операции. Получив сведения, что Штёртебекер весной отправился на Гельголанд, гамбургский флот вышел в море и, воспользовавшись туманом, незаметно подошел к острову и встал на якорь в некотором удалении от бухты, где находились пиратские корабли. Ранним утром под покровом тумана каратели подошли вплотную к врагам и начали сражение. Пираты отчаянно защищались, но силы были неравными. Штёртебекер мечом разил врагов, и они боялись к нему подступиться. Кто-то, взобравшись на рею, ловко набросил на него рыбацкую сеть. Штёртебекера взяли живым, а с ним 73 человека (при 40 убитых). О том, как происходило сражение, сведений нет. Известно только, что гамбургский флот понес немалые потери.
Суд длился почти полгода. Штёртебекер взял вину на себя, клеймил богатых и защищал бедных. Пленных присудили к смертной казни.
Говорят, перед тем как положить голову на плаху, Штёртебекер высказал свою последнюю просьбу: помиловать тех его товарищей, мимо которых пройдет его тело после казни. И будто бы его обезглавленное тело пробежало мимо одиннадцати человек и упало лишь потому, что палач подставил ему ногу.
Трудно поверить в правдивость легенды. Человек не насекомое и даже не птица, чтобы суметь скоординировать свои движения без участия головного мозга. И все-таки отметим, что народ воспел дух товарищества и презрения к смерти, характерный для равнодольных.
…Приведя в порядок свой флот и обновив воинский контингент, жители Гамбурга вновь отправились на поиски оставшихся пиратов в устье Везера, напали на флотилию Михеля, взяли в плен его, Вигбельдена — тоже командира — и еще 80 человек. Их доставили в Гамбург, большинство казнили, а головы насадили на колья рядом с головами других, казненных ранее.
Еще одна легенда гласит, что мачты корабля Штёртебекера были выдолблены и залиты чистым золотом. Ясно, что при всей своей удачливости пираты не обладали такими баснословными богатствами, как кому-то грезилось. Правда, захваченных у них средств хватило, чтобы покрыть все расходы на военно-карательные действия и даже частично возместить убытки купцов.
И все-таки пиратство пресечь не удалось. Оно даже стало интенсивнее благодаря налаженной процветающей ганзейской торговле и постоянным междоусобицам на почве конкуренции и политических амбиций. Каждая сторона старалась обзавестись собственными пиратами, которым выдавались каперские грамоты, обеспечивающие «законность» нападений на суда противника. Однако торговцы при случае легко «продавали» союзников-пиратов. Так, в 1408 году один из адмиралов ликеделееров Плукераде и 9 его товарищей были обезглавлены на площади Гамбурга. Через 20 лет, воюя против Дании, Ганза имела на своей стороне 800 ликеделееров. Пять лет спустя гамбургский флот блокировал порт города Эмса и взял в плен 40 пиратов. Они были казнены, а их головы насажены на колья. А еще через 5 лет, в 1436 году, в Гамбурге и Бремене вербовали каперов для войны против Голландии…
Понятно, что такие наемники далеко не всегда руководствовались государственными интересами. При случае они грабили любой купеческий корабль с приглянувшимся товаром. Наиболее удачливым лике-делером этого периода был Ганс Энгельбрехт. Однажды он захватил у шведских берегов 13 голландских судов с ценным грузом. Вскоре славная пиратская вольница, державшая под своим контролем Балтику, перестала существовать. Морской разбой, конечно же, не прекратился: сохранялись слишком благоприятные условия для него. Но он стал либо «частным делом» отдельных групп, либо так или иначе был связан с интересами могущественных ганзейских городов, между которыми не только шла оживленная торговля, но и обострялась конкуренция.
Тем временем все шире распространялся узаконенный, обычно под знаменем и гербом определенного государства грабеж судов, принадлежащих враждебным странам. Так осуществлялась морская блокада противника. Капер, не состоящий на государственной службе, получал специальную грамоту, в которой удостоверялись его полномочия.
Одним из первых знаменитых каперов был монах-расстрига Ойстас по кличке Бич Канала (он промышлял преимущественно в проливе Ла-Манш). Получив от английского короля Иоанна Безземельного охранную грамоту, он с 1205 по 1212 год успешно грабил торговые корабли других стран и поселения на французском побережье, исправно выплачивая в английскую казну десятую часть добычи.
