Впрочем, на войне как на войне. И очень часто бойцам было не до юмора. Люди гибли десятками тысяч. И собак тоже не жалели. Многие из них нашли свою смерть под гусеницами вражеских танков, использовались в качестве «живых снарядов».
А потом пришло время использовать их умение и в боевой обстановке. Впервые «живое оружие» было применено еще поздней осенью 1941 года, когда немцы рвались к Москве, и наши войска получили приказ любой ценой остановить их наступление. Вот тогда и пошел в ход собачий дивизион. Дрессированные собаки, привыкшие получать корм под гусеницами танков, бесстрашно рвались им навстречу, неся на себе взрывчатку. Дело иной раз доходило до того, что танкисты поворачивали назад, только завидя «хвостатых диверсантов».
По воспоминаниям Героя Советского Союза генерал-полковника И. М. Чистякова, в один только день 12 июля 1943 года, когда вдоль шоссе Харьков — Курск шли тяжелые бои и на участке Грезное — Кочетов-ка на наши позиции обрушились более 200 фашистских танков, собаки-диверсанты подбили 11 бронированных машин.
А вот о каком эпизоде Великой Отечественной войны рассказала недавно газета «Алфавит».
…Дина Волкац стала в строй в июле 1941 года. Сдав экзамены за второй курс Харьковского театрального училища и уволившись из театра, она явилась по повестке к месту формирования 9-го армейского отряда в Малиновку. В ту самую Малиновку, где гремела знаменитая свадьба. «Явилась», потому что имела военную специальность инструктора по служебному собаководству.
В школе, выбрав себе собаку для работы, Волкац показала ее начальнику отделения. Джульбарс был настолько неказист, что начальник только хмыкнул:
— Хуже собаки найти не удалось? Разрешите узнать, по каким же признакам вы ее выбрали?
— По глазам, — серьезно ответила Дина.
После учебы в Центральной школе вылет в Воронеж оказался своеобразным экзаменом и для Дины, и для Джульбарса.
По спущенной за борт лестнице соскочили разом ослепительно рыжая овчарка и девушка-воентехник. В петлице ее шинели золотились молоточек и разводной ключ — эмблема инженерных войск.
Напротив на крутом берегу в дымном ореоле остывал город.
Летное поле уже разминировали, но несколько дней назад здесь подорвался бензозаправщик. Снова начались поисковые работы. Мины были прошлогодней закладки, и обнаружить их в мерзлой земле сквозь слежавшийся снег никак не удавалось. Обстановка сложилась нервозная: кто знает, сколько таких сюрпризов прячется по всей территории? Приказом маршала Воробьева, командующего инженерными войсками, в Воронеж был срочно отправлен специалист высшего класса по минно-розыскной службе.
Специалиста звали Джульбарс. В начале 1943 года собак-миноискателей еще только готовили к работе на фронтах. И рассказы о них принимались за обычные солдатские байки. Теперь солдатские сказки превращались в быль на глазах многочисленных наблюдателей.
Джульбарс челноком ходил по широкой полосе аэродрома. За ним, перехватывая поводок, неторопливо двигалась девушка. Только собаке было точно известно, где опасность. А девушка по видимым ей одной признакам должна была уловить состояние животного. Профессиональное внимание, выработанное практикой, хранило их от единственной ошибки.
Минут через пять пес принюхался, категорично вильнул хвостом и сел. Сел как влитой, слегка скосив на хозяйку вишневый глаз, но умудряясь держать на мушке носа искомый запах. Вздрагивал на весеннем ветру каштановый чуб воентехника Дины Волкац, когда она прокалывала землю щупом. И вот затрепетал сигнальный флажок. Вскоре Джульбарс обнаружил еще несколько таких мин.
«Только собака в достаточной мере гарантирует полную очистку местности от мин на более ответственных участках, в районах расположения КП, соединений, основных магистралей», — докладывал начальник инженерных войск Степного фронта генерал-майор Цырлин.
Собаки находили мины в любой оболочке: металлической, стеклянной, деревянной и пластмассовой. Собаки выделяли запах взрывчатки в любом комплексе — этому можно было их научить. Но прежде следовало обучить человека.
И Дина учила подчиненных, воевала. Шаг за шагом они продвигались на запад, изредка теряя людей и собак на боевых заданиях по разминированию.
А в мае 1943 года они оба выехали на Калининский фронт. Воентехника Волкац назначили командиром отдельного взвода дрессировщиков-минеров 37-го отдельного батальона. В первый же день она пошла смотреть собак, которые размещались на солнечном пригорке и встретили новое лицо дружным лаем. Немецкие овчарки отличных кровей, благородные сеттеры, гончие и крупные лохматые дворняги — порода роли не играла: достоинства определялись работой. Поименно рекомендовал каждую собаку дневальный, а профессиональная память Дины запоминала кличку, собаку, ее характеристику. Тем временем солдатское «радио» распространило по батальону следующие сведения о новом командире.
Девушка. Молоденькая. Воюет с первых дней. Пса привезла, своего. «Зовут комвзвода Дина, ребята»!.. Началась тихая паника.
