Дрейк никогда не терял самообладания и трезвого расчета, несмотря на вспыльчивый, буйный нрав. В 1572 году на двух кораблях он организовал нападение на испанский городок на Атлантическом побережье Америки. Операция прошла успешно, но вдруг начался ливень, затруднивший погрузку награбленных ценностей. В добавок был подмочен порох. В рукопашной схватке небольшая группа пиратов не могла противостоять превосходящим силам горожан. Раненый в ногу Дрейк дал сигнал к отступлению.
Он решил испытать счастье на противоположном тихоокеанском берегу Америки. Отряд двинулся в путь по суше и встретил испанский караван, шедший им навстречу с грузом «колониальных товаров», преимущественно драгоценных металлов. Дрейк не побрезговал обычным «сухопутным» разбоем, разграбил караван, и, отягощенные добычей, англичане вернулись вновь на Атлантическое побережье. Здесь они захватили испанские корабли и благополучно достигли родных берегов.
Другая группа под командованием Джона Оксенхема, перетащив через возвышенность разобранный одномачтовый бот, вышла в Тихий океан. Им выпала сомнительная честь стать первыми английскими пиратами в этих краях. Но их вольный промысел продлился недолго. Испанская эскадра напала на них: одних убили, других взяли в плен, а Оксенхема вздернули на рее.
Дрейк считал целесообразным сделать свое бандитское предприятие акционерным. Предложил влиятельным лицам, включая королеву Елизавету, финансировать его поход в Тихий океан. Судя по тому, что он был удостоен аудиенции у Ее Величества. она проявила к его предложению серьезный интерес. Дрейк вложил почти все свои немалые средства в подготовку похода. В его распоряжении было два крупных и три небольших тщательно снаряженных корабля и 164 человека отборных молодцов.
Дрейк продумал все до мелочей. Но одно он был бессилен преодолеть — недостаток информации. Испанцы и португальцы, составляя карты Южной Америки, держали их в строгом секрете. Но пирату повезло. Им повстречались два португальских корабля. Захватили их без потерь. Трудней оказалось заставить португальского штурмана прокладывать курс эскадры. Под угрозой смерти он вынужден был подчиниться.
Они достигли Патагонии и сделали остановку. отдыхая и ремонтируя корабли. Наладили дружеские отношения с аборигенами. «Они оказались добродушными людьми, — писал хроникер экспедиции священник Флетчер, — и проявили столько жалостливого участия к нам, сколько мы никогда не встречали и среди христиан. Они тащили нам пищу и казались счастливы нам угодить».
Иначе сложились отношения Дрейка с экипажем. Ему донесли о недовольстве некоторых офицеров предстоящей экспедиции, о действительном маршруте которой большинство узнало уже в пути. Для острастки он учинил показательный суд над своим другом Дсути, который был признан виновным и обезглавлен на берегу. Полвека назад здесь же аналогичную казнь совершили по приказу Магеллана. Тогда на кораблях был реальный бунт с человеческими жертвами; великий мореплаватель ограничился убийством двух и изгнанием еще двух бунтовщиков. А в команде Дрейка, по-видимому, никакого организованного заговора не было, только критика командира. Но и эти вольности капитан считал совершенно недопустимыми. Как знать, возможно, ему действительно удалось укрепить дисциплину, пролив кровь товарища.
В опасных извивах Магелланова пролива они лавировали больше двух недель. Выйдя в океан, двинулись на север, в теплые края. Но тут сказала свое веское слово природная стихия. «Не успели мы выйти в это море (иными называемое Тихим, а для нас оказавшееся Бешеным), как началась такая неистовая буря, какой мы еще не испытывали… Мы не видели солнечного света, а ночью — ни луны, ни звезд; и эти потемки продолжались целых 52 дня, пока длилась буря. Недалеко были видны по временам горы, и они вызывали ужас, потому что ветер гнал нас к ним на верную гибель…»
Один корабль пропал без вести, другой был отнесен к югу, скрылся от бури в Магеллановом проливе, а позже взял курс на Англию. По пути команда обогатилась за счет нескольких торговых судов. Но и привезенная добыча не избавила капитана Уинтера от суда и смертного приговора, который не был приведен в исполнение сначала благодаря отсрочке, а по возвращении Дрейка по его ходатайству.
Итак, оставшийся в распоряжении Дрейка корабль «Золотая Лань» был отброшен штормом на 5° к югу. Но нет худа без добра. Дрейк смог вторично убедиться, что южнее Магелланова пролива находится не легендарная неведомая Южная земля, а остров. Правда, англичане не обогнули его и не доказали своего открытия. Кроме того, вскоре после Магеллана, в 1526 году, подобное наблюдение сделал португалец Осес. И все-таки судьба распорядилась так, что широкий пролив, разделяющий Южную Америку и Антарктиду, носит имя пирата Дрейка.
Одинокая «Золотая Лань» двинулась к экватору. В одном месте, заметив индейский поселок, Дрейк с десятком вооруженных матросов сошел на берег. Аборигены встретили их стрелами. Потеряв двух человек, капитан вынужден был отступить.
