Всегда, с первого дня их любви, она чувствовала огромную разность между ними. И огромное притяжение. Дело было вовсе не в разнице их возраста, положения и мировоззрения. Просто две огромные планеты неслись в космосе, и, по вселенскому закону подобия, должны были столкнуться… Так закрутилась спираль сладкого безумия. Когда она отдала ему свое сердце? Сразу, в первое же мгновение, когда с его губ сорвались стихотворные строчки, наполненные силой и страстью, понимание которых невозможно было ожидать в столь юном… От удивления, да, более всего – от удивления – она замерла. Она не верила. Такое бывает? Ему не девятнадцать, ему – сорок пять…
Сколько сладких и томительных летних ночей провела она без сна, мучаясь и надеясь в дым, отчаиваясь и летая вместе с соловьем за окном, встречая серое рассветное небо…
Она знала: скоро придется расстаться. Она не увидит его. Она и не должна его видеть. В последний день она завязывала ему шарф – так было надо – и чуть не упала в обморок от волнения. Его лицо, шея – близко. В глазах ее – туман. В руках – предательская слабость. Жар по всему телу…
Он не может любить ее. Потому что это невозможно… Но почему-то встречи длились… Так начались их качели.
Много, много раз потом она думала: «Все. Конец». Качели падали вниз с головокружительной высоты. Но рано или поздно их толкало друг к другу силой, сопротивляться которой невозможно… И снова – небо… Страсть? Да. Но и еще нечто большее. Потому что в отчаянии, говоря ему жестокие, обидные, горькие слова, она все равно знала: она его любит. Обещая себе никогда, никогда не видеть его более… Чтобы потом слиться с ним в едином порыве. С тем же безумием отчаяния. О, как прекрасны были их воссоединения! Она переставала понимать, где он, где она. Потому что была с ним единым целым. И, казалось, ничто, никогда не разорвет их сплетенных пальцев.
Долго и мучительно переживала она его измену. Почему именно в миг, когда она так остро чувствовала его? Чтобы оценить высоту вдруг свергнувшегося небосвода? Но не могла не идти, не бежать к нему… Снова, блаженно и отчаянно, взмывали качели вверх… Только уже не чувствовала она точки отрыва, как раньше… Ах, как хотелось ей улететь ввысь, как бывало с ним раньше… Не получалось. Снова и снова. Снова и снова. Не получалось. Шли, бежали дни и месяцы. Падали и взлетали качели их безумия. Ему, видимо, тоже было больно, очень больно. Он хотел обладать ею один, и навсегда. Сказал ей: «Все. Уходи». Поставил ей ультиматум. Потому что у него была ей замена…
Просыпалась весна. О, она возненавидела это время года. Несмотря на ее мольбы, не отзывался. Ей казалось, она умирает. Обмороки, обмороки, обмороки. Врачи сказали, что с сердцем все в порядке. Ничего у нее не находили. Она же бледнела и чахла день ото дня. Что она могла сделать, чтобы он вернулся? Изменить свою жизнь?! У нее ничего не вышло.
Спустя месяц она шла по очень длинной и тихой улице их города. И вдруг увидела его. Он шел по другой стороне под руку с какой-то вульгарной, огромной девицей. «Это она, та самая». Что ее дернуло? Она перешла дорогу. Нет, она ничего не хотела от них. Просто посмотреть на нее: какая. Они же встали боком к ней. «Трус, трус» – думала она. «Она… моложе его года на три». Прошла. «Глаза у нее хороши, а фигура – топором».
Как она пережила то лето? Она не могла улыбаться. Осунулась. Глаза запали. Везде носила с собой нашатырь. Несколько раз ее выручали незнакомые люди, когда становилось плохо на улице… Начиналось головокружение, в лице проступала зелень, сдавливало дыхание, темнело в глазах…
Она упала с качелей и разбилась. Ничего не чувствовало ее остановившееся сердце. Смотрела лежа, с земли вверх, как болтается над ней пустое сиденье. Туда-сюда, туда-сюда. Скрип-скрип… Дурнота подступала к горлу… голова кружилась.
Странно, она заметила в то лето: молодые люди смотрят на нее, как на ровню. Один так и вовсе не спускал глаз. Белокурый, высокий и симпатичный. Лет восемнадцать, никак не больше. И не пьян ведь. «Вот поросенок!» – думала, стоя в автобусе. Он ловил ее взгляд. Она отвернулась. Ничего она не могла. И не хотела.
Как милая фея из сказки, выручила ее подруга детства, чудесная, светлая Надюша. Подарила добрую книжку. Сказала, что ей так же было плохо… И что все пройдет.
Постепенно мир начал снова обретать цвет, звук, вкус, запах и ощущения. Потому что мир – прекрасен. Именно об этом была книжка. Она решила: будет радоваться жизни! Начала с мелочей.
Новогодняя ночь принесла головокружительный успех ее танца на дискотеке и пару его sms гадкого содержания. С такой злобой писал ей… Она ужаснулась. Потому что уже несколько месяцев жила в поле света и радости. Ответила ему: «Люби!» Имея в виду: мир, себя и всех людей.
Еще через пару месяцев ее оглушил, превознес крупный профессиональный успех. Жизнь снова улыбалась ей. Он писал ей. Хотел все вернуть? Она молчала. Ей и так было очень хорошо в мире грез и исполнения желаний…
