Подумать только, он так мечтал, что Гермиона произнесет эти слова, а сейчас был готов просить ее забрать их назад. Ему стало страшно, как бывает перед прыжком в воду, когда ты похвастался перед соседскими мальчишками, что для тебя это раз плюнуть, и непонятно, что хуже — сделать решительный шаг или отойти от края.
Раздражая, в голове рождался миллион мыслей: «Ты не справишься», «Ты только всем докажешь, какой ты мудак. Снова!», «Ты — неудачник, и она это скоро поймет!», «Ты не сможешь быть с кем-то все время, просто не сможешь!» Северус, сжав зубы, заставил себя очистить разум. Благослови окклюменцию! Он закрыл глаза и напомнил себе, что все — неважно. Гермиона хочет быть рядом и собирается сделать, нет — сделала шаг навстречу, неужели он отдернет руку? Он усмехнулся и вернулся к работе.
И все равно, к вечеру, несмотря на его умение держать мысли в узде, раздражение достигло пика. Поняв, что запорол самое сложное зелье, Северус снял щиты и с удовольствием хрястнул несколько пробирок о стену. На душе немного полегчало.
— Переводишь ингредиенты? — Белинда не могла найти лучшего времени для появления.
— Ну, чего тебе? — Снейп разверзнулся на каблуках. — Пришла проверить, не сбежал ли?
— Ох, ты думаешь, что если ты отсюда улизнешь, я не узнаю? — Белинда усмехнулась и, мимоходом трансформировав высокий стул, села в удобное кресло. — Как прошел первый день?
— А ты как думаешь? Просто восхитительно! — сказал он желчно. — Я не смог распланировать правильно процесс, потому что… потому что меня бесит эта чертова доска, и эти драколовы колокольчики!
— А как же… помощница?
Северус запнулся на полуслове. Пусть Белинда смотрела на него чистыми глазами, но вот эта маленькая пауза в вопросе, вряд ли была случайной.
— Спа-спасибо, но проблема не в отсутствии лишних рук. Я же сказал, — он магией собрал осколки от разбитых пробирок. — Я сказал, что не смог правильно распланировать время. Надо было начинать варку не одновременно… Надеюсь, ничего непоправимого не произошло?
— Нет, я не позволяю в этих стенах происходить непоправимому просто потому, что кто-то не может организовать процесс. Я подстраховалась, но надеюсь, ты быстро войдешь в рабочий ритм. Ты мне нужен, Северус, и ты мне нужен — тут, — Белинда встала, не сводя с него жесткого холодного взгляда. — Поверь мне, торопиться сейчас не стоит. Ни с зельями, ни с принятием решений.
— Так и подмывает спросить, сколько будет стоить мне моя свобода? — уж что-что, а видеть скрытый смысл в простых фразах он научился.
— Дорого, Северус, дорого, — Белинда подошла к нему вплотную. — В твоем доме полный камин золы. Ты жег бумаги, Северус, а это всегда вызывает вопросы.
— Это были старые работы учеников, ничего больше.
— Лучше бы ты их оставил как есть, трудно по виду пепла доказать, что это были эссе по зельеварению. Даже маги не могут из пепла воссоздать пергамент.
— Это глупо, Белинда, и ты это знаешь. Мерлин, меня просто вынуждают начать что-то делать!
— Поздно пытаться стать ферзем и…
— Тем более, когда играешь в покер? — перебил ее Северус. — Не пугай меня, Белинда.
Белинда улыбнулась:
— Если мне что-то и нравилось в тебе, так это ершистость…
— Нравилось во мне? Особенно когда ты давала мне уроки по заданию Лорда. Я ощутил твою симпатию сполна.
— Мне казалось, мы забыли те эпизоды и смогли остаться если и не друзьями — к этому война не располагает, — то и не врагами. Не пытайся поссориться со мной, Северус, ни тебе, ни мне этого не надо. Отдыхай. Я пришлю к тебе домовика, я знаю, ты не ел. Мне не нужно, чтобы ты падал от усталости и недосыпа. Мне нужно, чтобы ты работал эффективно и стабильно. До завтра, Северус, — и Белинда вышла, не дожидаясь ответа.
Северус взял еще один фиал с испорченным зельем и с размаха запустил его в стену. Легче не стало, иначе бы он перебил все стекло в этой гребаной лаборатории. Невозможность действовать выводила его из себя. Он был вроде как свободен, но заперт тут, без возможности выйти, найти Гермиону, отправиться на все четыре стороны, наконец! Именно сейчас, лишенный возможности уйти, он страстно захотел оказаться в другом месте, в другом, не волшебном мире. Как раньше он не замечал его ограниченность? Неужели магия позволяла не видеть границ?
Он все же взял себя в руки, съел принесенный незаметными больничными эльфами ужин и улегся в кровать. Чего он хотел? И на что был готов ради этого? И чего хочет Гермиона? Северус думал, что не уснет, но усталость сломила его, и он забылся, словно хлебнул зелье «Сна без сновидений».
