Он снова проснулся рано, кликнул эльфа, не открывая глаз потребовал кофе, и потом лежал, мысленно планируя день. Он учел вчерашние ошибки и решил распланировать работу так, чтобы иметь возможность следить за всеми зельями. Это было ему вполне под силу, и дело было только в правильной организации. Он хотел доказать больше себе, чем Белинде, что вполне в состоянии справиться со сложной работой. Умение варить и составлять зелье было тем, чем он действительно гордился, хотя и не любил так, как Джо любил поварское искусство. И еще возможность думать о работе притупило тоску — он с трудом отказался от идеи сделать на волшебной доске подобие календаря, где прошедшие дни вычеркивались бы сами собой, показывая, сколько осталось до конца его заключения.
Он встал, быстро принял душ и выпил кофе, который был совершенно не таким, как надо. Что ж, не в его положении привередничать. Он уже начал подготавливать ингредиенты, когда эльф появился снова, протянул ему свежий номер «Пророка» и тут же исчез.
Было ясно, что эльф не по своей воле притащил газету. На первой полосе снова красовался его портрет. Рядом — портрет Гермионы. «Сенсационное признание героини войны Гермионы Грейнджер!»
Северус опустился на стул, не в силах поверить своим глазам.
«Вчера миссис Гермиона, скоро снова Грейнджер, дала честное интервью о том, что ее связывает с Северусом Снейпом, бывшим Пожирателем Смерти, находящимся под следствием. Оказывается…»
Он потряс головой. На мгновение ему показалось, что он все еще спит и видит сон, потому что такого просто не могло быть. Гермиона рассказала все, почти все, уклончиво — насколько возможно, но все ж ответив об их отношениях, и напоследок подтвердив, что подала на развод с Рональдом Уизли и что причиной «той самой драки» стала она сама.
Он перечила статью два раза, встал, отложив газету, готовый выйти из лаборатории, наплевав на все запреты, но в этот момент дверь открылась.
— Доброе утро, Белинда.
— Доброе, Северус, — она стояла, скрестив руки на груди, — не торопись. Она скоро появится сама. Я надо признаться, недооценивала миссис Уизли. Тебе повезло с ней, ты это понимаешь?
— Понимаю. За все годы невезения, видимо у мироздания передо мной накопился долг.
— Возможно, — он прошла и села. — Что ж, пусть так. Но везение, Северус, может закончится так же внезапно, как началось.
Он коротко кивнул:
— Мне ли не знать?
— Не сбегай, — Белинда устало потерла лицо. — Мне действительно нужны эти зелья. Не мне, пациентам. Макус безбожно халтурит.
— Я не собирался сбегать, но возвращаться домой после работы намного приятнее, чем сидеть взаперти.
Повисла пауза.
— Скажи мне, Белинда, кому и зачем я стал нужен? — первым не выдержал Северус.
— Ответ «всем и никому» тебя устроит? Ты просто вовремя подвернулся под руку Малфою, он давно хотел раздуть скандал вокруг Кингсли, сместить если не самого Министра, то тех, кто его окружает. В мутной воде рыба ловится проще, так, кажется, говорят?
— Слишком спокойные времена настали, видимо, что надо было ждать моего возвращения, — Северус недобро усмехнулся. — Насколько все это… мелко.
— А тебя бы порадовала новая драма, трагедия?
— Нет. Меня бы порадовало, если бы все оставили меня в покое.
— Осталось совсем немного потерпеть, — Белинда встала, выпрямила спину. — Я все же надеюсь, что ты сможешь стать частью нашего коллектива, Северус.
Примерно то же самое когда-то давным-давно ему говорил Дамблдор. И тогда юный Северус верил, что это действительно может случиться, сейчас он таких иллюзий не питал.
Он вернулся к работе, стараясь сосредоточиться только на том, чтобы отсчитать правильное количество нужных ингредиентов. Он поставил варить одно зелье, выждал, пока можно было переключить свое внимание на другое. Сегодня работалось легче. Медленно и тягуче, но знания возвращались, руки постепенно вспоминали как это — резать Полынную Траву, а не кресс-салат, крошить панцири золотых жуков, а не грецкие орехи. Он отвлекся от подготовки только для того, чтобы снять первый котел с огня и аккуратно разлить зелье по фиалам, закупорить их и выставить в ряд на специально подготовленном для этого столе.
— Я не помешаю? — Гермиона пришла, когда он собирался поставить на огонь третий котел. — Я могу помочь, сэр, по зельям у меня было «Выше ожидаемого», — она улыбалась, но в ее глазах читался вопрос.
— Проходи, подожди минуту, — он уменьшил огонь, высыпал нежные розовые лепестки в подготовленную основу, помещал зелье три раза по часовой стрелке и удовлетворенно кивнул. — Когда не чувствуешь себя рабом, работается куда как приятнее.
— Ты… — она закрыла за собой дверь и оперлась на нее.
— Я видел «Пророк», и Белинда уже была у меня… Я… я ошарашен, — признался он честно. — Я не думал, что ты… — Он сам подошел к ней, протянул руки.
— Я… я подала на развод, — она сжала его ладонь, словно прося поддержки. По крайней мере ему хотелось так думать.
— Да. Я знаю.
