Но это выяснится спустя пару часов, а пока Маяг-Мирза бушевал топтал собственную чалму, хлестал плетью склонённые головы хазрабаров и сердаров[4] и отдавал приказы казнить часовых. В это же самое время, в тылу войска, словно из-под земли выросли воины в чёрных тюрбанах, с закрытыми до самых глаз лицами. Они сразу же набросились на охрану заложника. Кто-то вспугнул обозных верблюдов и они, не разбирая дороги, толпой промчались сквозь лагерь, топча людей и валяя шатры. Поднялась паника. Бросившиеся на помощь отряды захлестнула и смешала толпа перепуганных слуг и рабов.
Отчаянных сорвиголов оказалось не более сотни. Когда орочья пехота подоспела к месту схватки — их перебили, но драгоценный заложник исчез.
— Догнать! — свирепел за щитами телохранителей Маяг-Мирза.— Три золотых таланта, землю и титул таргана за голову мальчишки!
— Тарган?! — тихо повторил Вязгар Булава — низкорослый орокун из Хорлегоя и вождь Дарика.
Маленькие шафранные глазки на тёмном, как чернослив, лице, алчно полыхнули, а нос, столь широкий и плоский, что в фас его едва видно, задвигался, учуяв наживу.
— Власть! — выстроил он смысловую цепочку.— Земля! Много-много рабов! А ну, пошевеливайтесь, волчьи дети! Вперёд!
— Три золотых таланта! — задыхался на бегу Дарик.— Это ж такая куча золота… Можно поселиться прямо в духане и целый год жрать от пуза!
Из-под ног посыпались мелкие камни. Кто-то оступился, упал, с криком покатился по склону, задевая и сбивая с ног лезущих следом. Дарик упорно карабкался вверх, хватаясь за редкие поросли кустов. Его опережал десятокмумминов, из тех, кто охраняли повозку. Им деваться некуда, если не принесут голову мальчишки, Маяг-Мирза снимет головы с них. За спиной натужно сопел Нунах.
Сделалось теснее, но идти стало легче. Они ступили на козью тропу. Дарик обернулся, посмотрел вниз. Увидел, что поднялся в гору на сотню шагов.
Тропа сужалась ещё больше. Идти можно только друг за другом, держась левой стороны — справой отвесный склон. Они двигались быстро, но осторожно. Приходилось смотреть под ноги, чтобы не оступиться или не попасть в трещину. Сломать ноги здесь верная смерть. Грела мысль, что и беглецы не могут идти быстро, к тому же с мальчишкой.
Три золотых таланта… Дарику казалось, что он уже чувствует на поясе их приятную тяжесть…
Тропа делает резкий разворот и серпантином поднимается над головами преследователей. Атраванцы впереди обрадовано закричали и тут же на их головы посыпались камни и стрелы. Дарик попытался прижаться спиной к скале. Увесистый камень чиркнул по шлему и срикошетил. От удара зазвенело в ушах. Кто-то с силой дёрнул его сзади за пояс. Дарик упал. Его потянули назад, втащили за изгиб тропы.
Попытка пойти на штурм, выпустив вперёд двух прикрытых щитами орков, провалилась едва начавшись. Один свалился в пропасть, получив стрелу в голень, второго поразили сквозь смотровую прорезь забрала. Больше желающих лезть на рожон не нашлось. Началась перестрелка.
С каждой минутой титул таргана и золотые таланты уходили всё дальше.
Дарик посмотрел на скалу. На первый взгляд она казалась непреодолимой — отвесная стена, уходила ввысь где-то на тысячу локтей.[5] Но если присмотреться, видно, что скала изрезана трещинами, в которые можно поставить ногу или всунуть кинжал. По похожим скалам, только на берегу моря, он лазил всё детство, ища птичьи гнёзда и соревнуясь со сверстниками в силе и ловкости.
— Нунах,— тихо позвал он, голос его охрип от волнения.— Ты когда-нибудь лазил по скалам?
Нунах — настоящий великан среди собратьев. Рост под два метра, полтора метра в плечах, руки как сваи, лысая голова напоминает картофелину, старое бугристое лицо изрезано глубокими морщинами.
— Ха! Я из Дуурборга, малец! Слыхал о нём? Это город в пещерах. Лазить по скалам я научился раньше, чем ходить. Что ты задумал?
Дарик вкратце поведал ему свой план, орк проникся, поглядел с одобрением.
— Может получиться, но нам нужен третий. Боги любят число три…
Третьим стал орк из племени табатров с татуировками на лице и воинственным ирокезом на макушке. Родившийся в горах он был лучшим скалолазом, чем Дарик с Нунахом вместе взятые. Его несказанно воодушевила возможность лично поймать беглеца.
— Три таланта отлично делятся на троих!
Для восхождения они выбрали участок на пятьдесят шагов ниже того места где орки наткнулись на заслон. Скала здесь была выше, но зато верхняя часть склона пологая и заросла кустарником.
Дарик скинул щит. Снял шлем, наручи и кольчугу, оставив лишь пояс с кинжалом и саблей. Поначалу ползти было легко, но на середине подъёма чаще приходилось использовать кинжал и тщательно подбирать место, куда ставить ногу. Их заметили. Рядом с ним ударила стрела, ещё одна просвистела мимо вспоров на спине рубаху. Он вжался в камень как улитка, оценил оставшееся расстояние до верха. Десять локтей. Куст наверху вдруг раздвинулся. Дарик увидел чёрный тюрбан, молодое безусое лицо, пронзающий ненавистью взгляд. Фидаин вскинул лук с уложенной на дугу стрелой.
Десять локтей. С такого расстояния не промахнуться…
