Знаменатель полностью

Родители, хоть и были до сих пор взволнованы и расстроены произошедшим, все же отпустили меня к Даниилу. Как я ни силилась, но больше не могла называть его почти родным «Данькой». Их моя просьба, как оказалось, удивила не настолько сильно, как тот факт, что из квартиры ничего не пропало. Полиция уже тоже давно удалилась – наверное, у них были дела поважнее, чем ущерб в виде сломанной двери. Или служители закона, не найдя ни одной зацепки, просто решили ретироваться, ограничившись формальным открытием дела.

Я не стала звонить Штефану, не стала выискивать иные пути – сразу направилась к Даниилу, понимая, что выбора он мне все равно не оставил. И если прекратить его злить, возможно, удастся сегодня выжить.

Меня трясло от перенапряжения, но счастливый вид моего бывшего парня, когда он открыл дверь, сбил с толку окончательно:

– О, Вик! Наконец, все в сборе. Заходи уже.

Все? Проталкивая ватное тело вперед, сквозь прихожую в гостиную, я с удивлением увидела там веселую Ольгу и Штефана, состояние которого несильно отличалось от моего: немного бледный, глаза прищурены, сидит в кресле, недвижимый, как мраморный памятник. И хоть не трясется так же очевидно, как я, но пребывает в явном смятении.

– Зачем тут Оля? – мой голос прозвучал хрипло, но и не задать этот вопрос я не могла.

Та с удивлением глянула на меня:

– В смысле? А я что, вам мешаю? Меня Даня пригласил…

Даниил же обнял меня, заставив сжаться, и пояснил очень тихо:

– А иначе сюда не пришел бы Штефан. Так что веди себя хорошо, раз уж даже он держит себя в руках.

Понятно. Если меня он «поймал», благодаря родителям, то Штефану не дал возможности сбежать, используя Ольгу. Из этого факта напрашивалось сразу два вывода: Штефан с ним не заодно, что почему-то радовало, и Штефан относится к Оле по-настоящему серьезно, раз пришел сюда ради нее, хотя прекрасно понимал, чем все может обернуться.

– Извини, Оль, – я попыталась улыбнуться. – Я не ожидала, что тут кто-то еще будет – Даня меня не предупредил.

– Ну уж простите, что испортили вам романтический вечер! – весело отозвалась подруга с иронией, но без злости. – Так что, чем займемся?

Мне пришлось сесть рядом с Даниилом на диван, но теперь я почувствовала себя немного увереннее. Если бы он хотел убить нас без разговоров, то Ольгу не стал бы звать! Конечно, ее тоже можно убить… одним больше, одним меньше… Но эту мысль я отложила на потом за неимением душевных сил осмыслить. В любом случае присутствие девушки мешало нам втроем поговорить спокойно.

– Оль! – сказал Даниил. – А ты умеешь печь блины?

– Умею, конечно! – та, кажется, совсем не чувствовала тяжелой атмосферы. – Давайте пожарим блинчики! У тебя все продукты есть?

Даниил улыбался:

– Надеюсь, что все. Иди, царица сковородки и моя личная благодетельница, сама проверь.

Ольга подскочила и ухватила за руку Штефана:

– Пойдем, поможешь мне! Дадим этим двоим тут помиловаться, – и сразу обратилась к нам – с таким же веселым задором: – Только сильно не увлекайтесь! И на кухню не заглядывайте. Ждите торжественного объявления чаепития!

Штефан нервно выдернул ладонь из ее захвата:

– Иди одна. Терпеть не могу всю эту совместную готовку. Уходи уже.

Оля обиделась, но, не придумав ответа и не дождавшись нашей поддержки, насупилась и отправилась на кухню. И тем самым дала нам хотя бы несколько минут. А может, и выиграла себе спокойный сон… если не жизнь. Я же отметила, что из речи Штефана совсем пропал акцент – уверена, это следствие смерти Аннет. В ее способности было и умение безупречно подражать интонации – поэтому и сама она без труда осваивала любые языки. Значит, и для меня теперь английский не будет самым сложным предметом. Что это со мной? Переключаюсь на мелочи, чтобы не сойти с ума от главного?

– Герр Беренд, – Даниил чуть наклонился, чтобы говорить тише. Мы со Штефаном, наоборот, выпрямились. – Тебе надо уже научиться справляться со своей целеустремленностью – посторонние принимают это за хамство.

Ну да, сейчас же самое время для ироничных упреков. Штефан рассудил так же, поэтому не стал отвлекаться:

– Что ты от нас хочешь, Знаменатель?

Меня снова затрясло, но я уставилась на Даниила, чтобы не пропустить ни единого слова. Тот выглядел неуместно расслабленным и довольным.

– Для начала подружиться. Пока не вижу смысла воевать. Так не пора ли до чего-нибудь договориться и соблюдать эту договоренность… пока обстоятельства не изменятся.

– Подружиться? – не выдержала я. – Ты перепугал мою мать до смерти!

– Нет, Вика, – спокойно ответил Даниил. – Это ты ее перепугала. В другой раз руководствуйся своей логикой, а не импульсами Агрессии – и все будут довольны. Ну так что, все уже готовы поиграть в игру «у нас все равно нет выбора»?

Я сжала челюсти, Штефан просто кивнул. И тогда Даниил соизволил продолжить: