Знаменатель полностью

В институте я к Штефану больше не подойду. И ему стоит быть более внимательным к своей девушке. Переживем.

Но теперь думать об этом стало некогда, так как вернулся Даниил Романов. И уже на первой паре встречал меня улыбкой. Несмотря на то, что я была морально готова к недолгожданному событию, руки все равно задрожали.

На большом перерыве за обедом для всех отправилась почему-то Ольга. Она у Даниила уже прочно стала девочкой на побегушках, но мы со Штефаном не имели права голоса даже в этом вопросе. И конечно, он собирался с нами поговорить:

– Что вы натворили, пока меня не было? Рассказывайте.

Мы со страхом переглянулись. Узнал про то, что мы пробрались в его квартиру? Но сам Даниил улыбался:

– Вы чего так напряглись? Спите уже вместе? Да ладно, я понимаю. – Я вытаращилась на него после этих слов, но он выглядел до такой степени расслабленным, что никакой негативной реакции ждать не стоило. – Не думаю, что многие элементы получают возможность столько общаться в реальности. Вы попали в эту ситуацию из-за меня… Что ж, могу себе представить, какой страстью вас накрывает. Оно ведь настолько предсказуемо, что даже смешно.

Я и сама об этом много думала, но в словах Даниила прозвучало пошлостью. Ни один из нас не спешил переубеждать его. Я же уточнила:

– То есть ты не против?

Даниил усмехнулся в сторону, но с каким-то непонятным выражением лица.

– Я против. Но я ничего не могу с этим поделать. Да и вы вряд ли можете. Так зачем тогда переживать? – он поставил локти на стол и обратился к Штефану: – Только у меня будет к тебе одна просьба – не бросай пока Ольгу. Она мне нужна для подстраховки. Потерпи хотя бы месяц, хорошо?

Детали выяснились, когда Ольга вернулась с подносом. Счастливая от всего на свете.

– Ребят, а может, мы Новый год вместе справлять будем? Вчетвером!

– Я как раз собирался это предложить! – Она сарказма в тоне Даниила, конечно, расслышать не могла. – Но только по расширенной программе – я предлагаю стартануть куда-нибудь. Вчетвером! И раз уж я приглашаю, то расходы беру на себя.

– Куда? – переспросила я, но с ужасом понимала, что уже знаю ответ.

– На Кипр. У всех есть загранпаспорта?

Ольга ушам своим поверить не могла. Она переспросила несколько раз, но уже в радостном азарте начинала придумывать, как уговорить отца. Мы же со Штефаном, как два каменных истукана, вылупились в воздух впереди себя и не могли выдавить ни слова.

У меня накопилось слишком много вопросов, чтобы суметь промолчать, когда Даниил повез меня домой.

– Ты где был? На Кипре?

– Нет, в Новосибе, – ответил он, подтверждая мои догадки. – Там одно некрасивое дело было. Не хочу вдаваться в подробности.

– Ты кого-то убил? – я решила, что мы уже достаточно близки и для таких тем.

Он с ироничной улыбкой бросил на меня взгляд, но потом отвернулся, глядя на дорогу.

– Нет, конечно. Но закон нарушил раз несколько. Там надо было подставить пару человек – законными путями до них было не добраться. Мне пришлось взломать базу данных, залезть в десяток кабинетов, подложить нужные документы. Теперь их посадят – правда, совсем за другое. Но хотя бы так. Очень надеюсь, что я отследил все камеры и меня не засекли. А иначе скоро в Москву по мою душу явятся гости. Но этих двоих к тому времени посадят всё равно.

Неужели история про несовершеннолетних девочек сущая правда? И какой-то высокопоставленный чиновник, который блокировал это дело или даже сам принимал участие, теперь сядет в тюрьму. За преступление, которого он не совершал. Потому что законным путем его невозможно посадить за по-настоящему содеянное. Справедливость ли это? Да. Но разве Даниил в этом участвовал не потому, что ему нужны тренировки сил, до того как начнется реализация его Цели? Или он в самом деле в сущности своей содержит такую черту, которая не позволила ему равнодушно пройти мимо этого случая? Однако я радовалась, что хотя бы один вопрос из миллиона закрыт. Пусть и благодаря чистейшему злу.

Но он не зря блеснул в ответе таким красноречием, хотя уже успел приучить меня к мысли, что за свои действия отчитываться не намерен. Сейчас он это сделал исключительно для того, чтобы вызвать смятение. Поняв это, я сразу сменила тему:

– Зачем тебе наша Эмпатия? Ведь ты был заинтересован, чтобы она жила.

Он подумал, потом кивнул:

– До сих пор заинтересован. Но ваша французская булка раскопала слишком многое – и теперь Эмпатия в курсе всего, что та нарыла. Например, она знает внешность, имя и местонахождение Штефана. И меня она тоже видела. Так вот, еще до отъезда в Новосибирск, я обнаружил, что кто-то пытался взломать базу нашего института. А Аннет, сама понимаешь, этого сделать уже не могла, благодаря нашему общему другу.

– Что? – если он говорил правду, то, вполне возможно, удар уже готовится. Пока мы тут тихонько сидим и ничего об Эмпатии не знаем.