Знаменатель полностью

В квартире Даниила мы обнаружили некоторые документы. Загранпаспорт говорил о том, что он не отправился на Кипр, чтобы попытаться разыскать нашу Эмпатию – а я до сих пор не знала точно, способен ли он это провернуть без непосредственной помощи Штефана. Скорее всего, нет, что немного утешало. Аттестат выпускника того самого интерната № 2 полностью подтверждал старую версию. Даниил Романов не врал только о родном городе, все остальное было легендой, даже возраст. Год окончания интерната предшествовал году поступления в наш вуз – а это означало, что выигранным грантом он воспользовался. А может быть, потратил это время на устранение последних элементов своей Системы. В ноутбук мы проникнуть не смогли по причине его отсутствия. Зато в рабочем столе обнаружили папку с газетными вырезками и распечатками с сайтов новосибирских СМИ, в которых речь шла о непонятном деле. Несколько человек свидетельствовали, что девочек из городского детского дома куда-то увозили по ночам. Неравнодушные требовали расследования, публиковали в соцсетях темные и неразборчивые фотографии и делились подозрениями, которые и подхватил один из сайтов, но процесс затянулся, даже судебное дело не было открыто. Очень много информации в папке было посвящено какому-то местному чиновнику. Тот, очевидно, был причастен либо к растлению, либо к блокировке судебного процесса. В общем, получалось, что именно туда Даниил и отправился – раз органы не озаботились расследованием, то, вполне возможно, пришла пора вмешаться в ситуацию тому, кто мнит себя Справедливостью?

Если не вдумываться, этот поступок Даньки выглядел сущим благородством. Но с другой стороны, неужели в необъятной Москве все проблемы решены? Чтобы помогать людям, не обязательно ехать к черту на кулички, достаточно осмотреться по сторонам. И с этой точки зрения, его отъезд выглядел скорее продуманным маневром, целей которого можно было вообразить несколько. Например, он предполагал, что мы можем пробраться в его дом и обнаружить эту папку. Какой прекрасный способ впечатлить сомневающегося оппонента! И как он собирается разобраться в подобном деле всего за неделю? Я на всякий случай запомнила фамилию указанного чиновника – отныне буду следить за новостями, а не произойдет ли с тем внезапно несчастный случай. Другими словами, есть ли границы у Даниила в стремлении к справедливости. Мне понравилось думать именно так. Ведь иначе бы выходило, что Даниил Романов применяет свои способности на благо детей, которых больше некому защитить, в то время как мы со Штефаном… для взлома и проникновения. Но человек не способен думать о себе плохо слишком долго – у него от этого настроение портится. Потому отгоняет ненужные мысли прочь за ненадобностью. А уж мы в своей азартной эйфории вообще думать толком ни о чем не могли. Даже когда оказались в маленькой обшарпанной квартирке.

На этой волне, еще не дождавшись отката адреналина, который всегда грозит мертвецкой усталостью, я поднялась на носочки и поцеловала Штефана. Он оттолкнул меня, втянул воздух сквозь зубы, сощурился… А потом сам шагнул навстречу, толкнул к стене и прижался к губам. Он не ожидал этого, судя по первой реакции, но и сопротивляться не мог.

«Уверен, мы не можем друг другу не нравиться».

Мы и не могли. Мы были близкими еще до того, как впервые встретились, а при такой магнитной тяге окончательное сближение – только вопрос времени. И, наверное, оба синхронно почувствовали облегчение, оттого что, наконец, перестали сопротивляться.

И даже утопая в долгожданном блаженстве, даже задыхаясь от внутреннего давления, полностью отключить свою рациональность я не могла – никогда этого не умела. Да, у меня есть формальный бойфренд – могущественное нечто, которое прекрасно осведомлено о моем к нему отношении. Разозлился бы он, узнав, как я сейчас тяну Штефана к дивану и не могу от него оторваться? А у Штефана есть Ольга – неформальная и отчего-то теперь выглядевшая призрачной подруга. Она такого не заслужила, но когда все настолько очевидно предрешено, некоторые жертвы допустимы. Нам со Штефаном словно суждено было оказаться в этом моменте. Разве не искал он меня всю сознательную жизнь? Разве не его я ждала столько времени?

«Уверен, мы не можем друг другу не нравиться».

Элементы других Систем обречены никогда не связать судьбу с самыми близкими – они поставлены в условия бесконечной борьбы за трон. Но в нашем случае есть Даниил, который является гарантом того, что воевать нам со Штефаном ни к чему. Зачем кому-то из нас убивать второго, если победителю все равно не выжить в схватке с действующим Знаменателем? Благодаря существованию Даниила мы могли себе позволить стать счастливыми. Он ведь сам не оставил нам выбора!