Знаменатель полностью

Но Штефан отказался, даже слушать не стал моих доводов. Возможно, он ревновал к Даниилу и таким образом мне мстил. Но это было просто смешно! У меня-то с моим «парнем» ничего серьезного не было. С ним я даже не целовалась! Хотя вру, целовалась, когда он еще назывался «Данькой», что сейчас казалось таким далеким и неправдоподобным, что и в расчет можно было не брать. И Штефан это прекрасно знал. Как и то, что Даниил продолжает создавать видимость отношений только с одной целью: лучше меня контролировать. Кто, если не мой «парень», сможет проводить рядом столько времени и иметь право спрашивать обо мне любого, включая родителей? Дальше контроля он ни разу не заходил и даже спокойно закрывал глаза, зная, чем мы со Штефаном занимаемся, когда остаемся наедине. Его это не интересовало, пока мы ничего не меняли в остальном! Поэтому я очень разозлилась на Штефана, ведь тот хотел, чтобы я вела себя так, будто Знаменатель дал выбор, а мне наплевать на чувства Ольги!

Но отношения у них все равно разваливались. Штефан снова сказал своей девушке что-то неприятное – она была заметно расстроена, а потом, столкнувшись в проходе с Никитой, сгоряча на него накричала.

– Ого! – изумился Никита заметному изменению в поведении нашей тихони. – Оль, а ты чего такая нервная? Вроде бы в личной жизни у тебя полный дас ист фантастиш, а психуешь.

Никита не отличался тактичностью, он говорил и вел себя, согласуясь с какими-то внутренними рефлексами, поэтому иногда, сам того не подозревая, интуитивно попадал в точку:

– А вот у меня теория есть! – говорил он уже со всеми, отвлекаясь от Ольги – он не имел в виду ее конкретно, просто развивал уже назревшую мысль. – Если женщина слишком нервная, это от неудовлетворенности. Ну и наоборот, мужик начнет психовать, если у него с женщиной своей что-то под одеялом не склеилось. Вы же нашу замдеканшу видели – она эту злость годами целибата накапливала, не иначе! Или вспомните милейшую Марию Ивановну, которую ее старичок каждый день с работы забирает, – Никита загоготал.

Наша замдекана в самом деле всегда выглядела так, словно только что с цепи сорвалась. Большинство парней гениальную теорию Никиты встретили смехом и одобрением, некоторые девчонки возражали – но тихо так, неуверенно. Вероятно, боялись вызвать подозрения в излишней нервозности. Никита всё же их почти неслышимый глас уловил и потому обратился к Даниилу, словно и в этом случае нужна была помощь в разрешении конфликта:

– Дань, ну скажи, я прав или нет?

Тот сидел рядом со мной, как обычно, и следил за этим представлением, расслабленно откинувшись на спинку стула, и вряд ли испытывал огромное удовольствие от того, что его в этот цирк вовлекают:

– К сожалению, не все так просто, Никит. Есть люди, которые будут спокойными, независимо от своих постельных похождений, а есть те, которые станут буйствовать по любому поводу. Ты лучше про себя расскажи, почему такой шебутной.

Все продолжали хохотать, и только Ольга сидела как в воду опущенная. Хоть и рядом со своим парнем, который вдруг повернулся к ней и начал что-то говорить – наверное, извинялся за предыдущие слова.

Внутри у меня успело накипеть настолько, что я просто не смогла сдержаться. И спросила тихо у того, с кем этот вопрос вообще обсуждать не собиралась:

– Почему он ее не бросил, когда ты разрешил? Ведь не из-за жалости? Штефан же не тот, кто будет с кем-то из жалости?

Даниил тоже смотрел на них, наклонив голову в мою сторону:

– При чем тут жалость, Вик? Не будь тебя с вашей предрешенной любовью, он любил бы ее – она именно такая, какую он всегда хотел. А сейчас он любит тебя. Просто наш целеустремленный неромантик не такой уж и гуманитарий, каким кажется на первый взгляд. Мозги у него водятся, и он всё делает правильно.

– Что ты имеешь в виду? – я настолько удивилась, что смотрела теперь на его профиль, боясь пропустить хоть одно слово.

– Тебе не понравится то, что я скажу, – Даниил с улыбкой посмотрел прямо на меня.

Я взгляда не отвела:

– Говори.

– Он держит тебя этой ревностью, заставляет делать то, на что ты могла бы и не пойти из-за своего рационального мышления. Например, переспала бы ты с ним, если бы до этого несколько дней не захлебывалась от переживаний? Смотрела бы сейчас на него вот так?

– Конечно! – я была уверена в ответе. – Зачем держать, если мы и так любим друг друга? По определению!

– Сами любите или вынуждены любить? Не будь между вами препятствий, неужели ты не стала бы сомневаться в том, что выбрала бы его в любом другом случае? А сейчас ревность не дает тебе думать, поэтому ты хочешь его и абсолютно в этом уверилась. Вам или совсем вместе быть надо… или смотреть друг на друга через кучу препятствий. Вот он Ольгу и оставляет для этой роли.