Знаменатель полностью

И в этот момент я на самом деле захотела его обнять. Не чтобы проверить, не чтобы доказать себе или ему и даже не чтобы отвлечься от мыслей о Штефане, а просто так, повинуясь нерациональному порыву. Даня моргнул, быстро поднялся и направился в сторону кухни, комментируя:

– Я не шутил, когда сказал про границу. И давай уже собирайся, а то опоздаем.

И вот теперь мне стало стыдно.

В любом случае произошедшие события все изменили и сделали немного понятнее. Я интуитивно решилась довериться Дане за неимением под рукой других вариантов. И не пожалела об этом – особенно когда в аудитории сразу выхватила взглядом Ольгу и Штефана. Хоть я и старалась не размышлять об этом, но, кажется, убедила себя, что они уже на пути в Бонн. А теперь и недоумевала, и ненавидела себя за то, что счастлива до одури.

– Ему сложно оставить тебя точно так же, как и тебе его, – объяснил Даня, наклонив ко мне голову. – Не представляю, как он убедил в этом Ольгу.

Та как раз вскинула голову и посмотрела на меня с нескрываемой ненавистью, она и не думала сожалеть. Ну, если только о том, что не довела дело до конца. Зачем мы вообще ее в это впутали? Точнее, изначально ее впутал Даня, подтолкнув из одних отношений в другие, потом подхватил Штефан – и впутал до такой степени, что без жертв ее из нашего круга уже не выкинуть. Молодцы оба! А крайней осталась я.

Половину пары я, стиснув зубы, наблюдала за тем, как шепчется эта треклятая парочка. Штефан пару раз повернулся в мою сторону, но это только злило. Как он может быть с ней, сидеть рядом и обсуждать какие-то дела? Ведь Ольга вчера чуть не перерезала мне, его любимой девушке, горло! Я не выдержала:

– Дань, если ты мне остаешься другом, дай дружеский совет, что мне делать? Только объективно!

Он улыбнулся и ответил тоже тихо:

– Я поговорю с Ольгой. Ревновать она не перестанет, но хотя бы поймет, что ты виновата не больше Штефана.

Это было бы неплохо, но я снова скрипнула зубами.

– Я тебя спросила о другом! Что мне делать? – с ударением на «мне».

– Ладно. Будет тебе объективно, раз настаиваешь. Вы оба будете себя изводить, пока один не погибнет. Только после этого оставшийся сможет вздохнуть спокойно. И вместе окончательно быть не сможете, и порознь не получится. Никакой силы воли не хватит, даже чтобы уехать. Штефан это чувствует посильнее твоего, поэтому ему еще сложнее, – Данька усмехнулся. – Это было утешение, если ты не поняла. В голову приходит только один выход – Маркос.

– Что?! – я сказала это слишком громко, но преподаватель не заметил.

– Маркос Хадзис, – спокойно добивал Данька. – Если ты поедешь к нему, твое сердце уже через пару дней успокоится. Ты ведь понимаешь, что он вызовет те же чувства, что и Штефан?

Звучало логично, но в голове не укладывалось. Если бы я всего этого не ощущала внутри, то холодным рассудком дошла бы до того же вывода, просто сейчас душа будто сопротивлялась наипростейшему решению. И ведь никаких рисков! Маркос тоже полюбил бы меня, это предопределено… Последняя мысль и подтолкнула к вопросу:

– А чем Маркос лучше Штефана?

– Не тормози, Вик. Он не Осознание, поэтому Цель для него, как и для тебя, вторична. Ваш Эмпатия не так прост, как могло показаться, он очень тщеславен, хитер и умен, но в отношении тебя потенциально способен на большую искренность, чем Штефан.

– И ты не будешь против? – уточнила я.

– Как будто ты меня раньше об этом не спрашивала, – он улыбался так легко, что и мне совсем немного становилось легче. – Но я против. Снова. Потому что выход этот кратковременный. Штефан рванет за тобой, и мне придется отправиться за вами, чтобы не оставлять всю Систему в одном месте без присмотра. Короче, те же яйца, только в профиль. В смысле, еще с Маркосом и на Кипре.

– Ясно, – и снова стало тяжело. – Значит, все остаются на своих местах.

– Ага. Только прошу, хватит втягивать меня в эти романтические терзания. Будто у меня других проблем нет.

Оставалось только горько усмехнуться:

– И каких же?

– Например, подумать, кто за нами ехал от моего подъезда до самого института. Дрю и Рич до такой примитивщины никогда бы не опустились.

Я уставилась на него:

– Слежка? И ты мне только сейчас об этом сообщаешь? Мы же вроде как друзья, или нет?

Он изогнул бровь – воплощенная ирония:

– Мы с тобой дружить начали два часа назад, я пока еще не привык. Да, слежка. У меня есть один вариант, поэтому тебе лучше после пар отправиться домой, быть очень осторожной и подождать там новостей… от друга.

– Ну уж нет! Раз мы в одной команде, тебе не удастся отодвинуть меня в сторону. Так что или я с тобой, или никакой дружбы. Понятно?

Он тихо рассмеялся, признавая этим за мной право голоса. А я была только рада погрузиться в другие задачи, чтобы не оставаться наедине со своими «романтическими терзаниями», как он выразился. А столкнувшись взглядом со Штефаном, улыбнулась шире – на этот раз с внутренним ликованием. Теперь его очередь размышлять, из-за чего я тут так веселюсь с его врагом. Мы ведь созданы для того, чтобы делать друг другу больно.