Знаменатель полностью

«Знаменателем становится не тот, кто случайно выжил. Он должен доказать, что достоин Цели. Он должен быть готов на все, чтобы стать Знаменателем. Иначе Система не закроется». Быть может, у Штефана просто кишка тонка? И он бы предпочел, чтобы обстоятельства сложились иным образом без его участия? Хочет ли он стать Знаменателем? Безусловно. Боится ли он Даниила? Безусловно. Не только ли потому я до сих пор жива? Я сразу заметила, как топорщится у него сзади рубашка. Пистолет? Нож? Кто же зовет любимого человека на разговор и встречает вооруженным?

– Ты прав, милый, – мой голос был сухим. – Мы с тобой во многом похожи, но теперь я вижу, что и сильно отличаемся.

Он устало кивнул:

– Ты о Цели, которую я чувствую с рождения, а ты о ней знаешь только с моих слов. Тут даже спорить не о чем, факт. В этом и есть наше единственное значимое различие.

– Нет, не единственное, – я тихо и со злостью рассмеялась. – Есть еще кое-что: ты боишься действующего Знаменателя, а я нет. Ты не идешь к Цели только из-за него, а я не иду к Цели из-за тебя. Но и общего у нас с тобой много. Например, мы оба хотели бы освободиться.

Я пнула его резко – под коленную чашечку – и сразу ударила кулаком в лицо. Штефан только на секунду потерялся от неожиданности, но тут же восстановил равновесие и отскочил на пару метров.

– Ну ничего себе, как Знаменатель успел промыть твои мозги! Что ты делаешь, Вика? Убить меня хочешь?

Я на мгновение замерла. В самом деле – хочу. Но это не эмоциональное, это именно следствие доводов разума: только после его смерти я почувствую себя в безопасности и… в изоляции от навязанных чувств. Если я не убью Штефана, то когда-нибудь он убьет меня. Возможно, он запланировал это уже на сегодня. На сейчас. Это сложно – сложнее и представить ничего нельзя. Но я не собираюсь, как он, делать грязную работу чужими руками.

Бросившись вперед, я попыталась пнуть снова, но на этот раз Штефан среагировал и заблокировал удар. Тут же выхватил заткнутый за пояс пистолет, направил на меня, заставив остановиться, отвел затвор с резким щелчком. Ты предатель, Чон Со! Как ты можешь одновременно быть и на моей, и на его стороне?

– Знаешь, что будет дальше, Вика? – Штефан не улыбался, ему это тоже было сложно. – Я не чувствую Знаменателя где-то рядом, а это означает, что он не поможет тебе. Потом он очень разозлится…

– И убьет тебя? – подсказала я ему окончание фразы.

Он усмехнулся:

– Ты считаешь себя единственной умной, не так ли? Нет, Даниил меня не убьет, потому что этим сам создаст из Эмпатии Знаменателя. Он разозлится… но я даже не буду от него убегать. Пусть допрашивает, пусть убеждается, что выбор сделала ты. Ты была права – его невозможно обмануть.

Мне до сих пор не было страшно, потому что победить Штефана можно многими способами, но только не страхом. Я рассмеялась, заставляя его недоуменно изогнуть бровь:

– Да, я сделала выбор, а ты не собирался в меня стрелять. Ты просто продемонстрировал, что вооружен, спровоцировал…

Я не закончила фразу, подныривая вниз и одновременно ударяя локтем ему в запястья. Он выстрелил вверх, но вторым ударом я выбила пистолет. Штефан тут же врезал мне в лицо, но я, не обращая внимания на боль, схватила его и рванула на себя – подальше от того места, куда улетело оружие. Мы упали на пол, я пропустила еще два удара, а потом и сама, извернувшись, пнула его коленом между ног. Штефана скрутило судорогой, что позволило мне ударить в лицо – из носа его уже текла кровь. До пистолета было слишком далеко, поэтому я рванула за шнур и поймала падающую настольную лампу. Не раздумывая, замахнулась. Но он уже пришел в себя и уклонился, так что я попала в плечо вместо головы.

Штефан откатился назад, я вскочила на ноги. Кинулась было в сторону оружия, но налетела на подсечку и снова рухнула на пол. Никто ведь и не предполагал, что это будет просто? Он был сильнее, но я быстрее. Однако самым главным уравновешивающим фактором оставался Чон Со, который не позволял ни одному из нас сдаться.

Получив сильный удар в затылок, я попыталась развернуться, но за эту секунду Штефан уже рванул вперед и почти дотянулся до пистолета. Тут раздался оглушительный стук в дверь, и мы оба замерли.

– Эй, Штефан, что у тебя там творится? – орал мужской голос. – Я вызываю полицию!

Естественно, выстрел получился громоподобным. А в вечернее время многие соседи дома. Кто-то даже и не понял, что за звук это был, но паника в тоне мужчины подсказывала, что его версия близка к правде. Скорее всего, он и к двери-то подбежал по инерции. И полицию вызовет, как пить дать.

В этот момент в голову полезли глупые мысли: у каждого из нас есть шанс довести дело до конца и даже успеть сбежать. Но теперь уже точно найдутся свидетели: кто входил в квартиру, кто спешно из нее выбегал. Станет ли Даниил вытаскивать меня из тюрьмы? Вряд ли. Возможно, наоборот, даже обрадуется, что я сама поместила себя изоляцию. Мысль о том, что Штефан окажется в тюрьме, не вызывала особенного интереса.