Его Высочество Энн знакомо вскинул руки, изящно встряхнул кистями и повёл порхающий танец по невидимой многоуровневой клавиатуре, сопровождая каждый пасс ритмичными щёлканьем и погрохатыванием. Следом вступил я, сразу скользнув на магический уровень восприятия, и стал параллельно нитям сил Камня, формируемым братом в сложный купол из пяти- и шестиугольников, вплетать струи сил Огня, тут же вступающие во взаимодействие с чарами тёмного принца, раскаляя их и задавая направления течения получающейся магмы. Присоединившаяся Эна не только добавила сил Тьмы к нашим потокам, укрывая их и скрадывая сияние, но и в каждый многоугольник поместила по тончайшему Тёмному вихрю, что завершило защитную конструкцию.
Вернувшись к обычному восприятию, я увидел мерцающий всеми оттенками чёрного полупрозрачный купол, окружающий нашу команду и конструкцией своей кажущийся неуловимо знакомым.
«Ба, — удивился я, вглядевшись. — Да это ж три четверти усечённого икосаэдра, который в просторечии — футбольный мяч! Костя — красава! Чего выдумывать-то, когда всё уже посчитано сто раз до нас?»
Защита стабилизировалась, мы тронули скакунов, Арайгниэль выдал неясно, но громко прошелестевшую команду, маги по бокам прохода подняли руки, и стена светлых чар меж ними приподнялась, образуя арку, куда идеально вписался наш купол.
Туда и обратно
Шаг за шагом, не торопясь, пантеры и лошадка стража проследовали в поражённую область. Охраняющая вязь лесных чародеев, проскользив по комплексному куполу нашей защиты, вновь упала позади, перегородив тропу. Мы трое сразу же ощутили лёгкое, но постоянное давление совершенно незнакомой энергии, будто бы несущей отголоски хищного, но ленивого любопытства.
Вокруг расстилался пейзаж всех оттенков чёрного: антрацитовые стволы топорщили обсидиановые ветви, графитовый подлесок скорбно вставал над ониксовым ковром павшей листвы. Единственным контрастом в жутком натюрморте (да уж, именно «морте») были видневшиеся то тут, то там иссушенные до полной мумификации трупики лесных животных — каждый с абсолютно седой шерстью. Стояла мёртвая (ну конечно же!) тишина.
Летнее солнце било со всей своей мощью, но даже сил почти забравшегося в зенит светила не хватало — его лучи будто вязли в готовых осыпаться прахом ветвях.
«Слава Тьме и Эне, — думал я, несколько неприязненно озираясь. — Очень хорошо, что она, Тьма, благодаря её, Эны, чарам несколько скрадывает детализацию окружающего. А что-то даже мне как-то не по себе: тоскливо, уныло, хочется бросить всё и прям тут улечься помирать».
Едва додумав последнюю мысль, я изумился, усомнился и выдал команду, моментально поддержанную близнецами:
— Защита раз!
Прозвенев в три голоса об очевидном, но внезапно позабытом, мы остановились и принялись дополнять нашу комплексную вязь, послойно внедряя три плетения против ментальных энергий, отчего-то не отсекаемых основным защитным куполом.
«Н-да, — подумалось мне по завершении своей части. — Мы ещё только в самом начале, а тут уже такие шутки. Казалось бы — просто очень мрачный вид, а пробрало аж до печёнок! Ну, оно и логично — божественные мощи! Эээ… в смысле мощь божества, которая сила, мощи-то вокруг вполне обычные: растительные да животные».
Дождавшись полного завершения усилений, я обратился к стражу, вполне бодро державшемуся в седле:
— О Арайгниэль, долго ль до Малой Усадьбы?
— Четыре часа тихой рысью, о Таор, — откликнулся тот, внимательно окидывая окрестности сосредоточенным взглядом.
— Я считаю, что торопиться не стоит, — веско сказал Энн. — Купол достаточно сложен в поддержании и требует постоянного контроля. Идём шагом.
Согласившись с Его Высочеством дружным тихим «Есть», мы продолжили путь. Минута сменялась минутой, за маревом купола чернел умерший на корню лес, сохранялось деловитое молчание.
«Одно хорошо, — по привычке своей нашёл я позитив, — погоды нонеча стоят прекрасные. Если б ещё и тучи с дождём были — ваще караул. А так и дорога сухая, и от влаги и ветров ничего на неё не нападало».
Совершенно внезапно слева и поодаль, над небольшой полянкой очень знакомо сверкнуло, и раздался оглушающий в царящей тишине треск.
— Стоп! — поднял правую руку тёмный принц, притормаживая Кссу.
