Гриша Нога мчавшийся следом «Урал» засек сразу, едва тот появился на дороге. На пустынной трассе не заметить наглого мотоциклиста, бросающего машину из стороны в сторону, было невозможно. Рокер своими безрассудными маневрами будто проверял ширину дороги, рискуя на бешеной скорости съехать с обочины, и неумолимо нагонял «Волжанку». При желании Гриша мог бы увеличить скорость и продемонстрировать наглецу уроки езды за городом, но он этого делать не стал, а продолжал держать стрелку спидометра на отметке 70 километров. По опыту Гриша знал, что любое транспортное средство, намерившееся тебя обогнать, нужно не лишать такой возможности и гонок не устраивать. Пусть обгоняет. И чем быстрей, тем лучше. Не будет свидетелей. Пусть обгоняет, пусть мчится за горизонт на запредельной скорости и скрывается из глаз так же быстро, как и появился.
В отличие от Гриши Настя вначале услышала мощный рокот, а потом уже увидела поравнявшийся с ними мотоцикл, невесть откуда возникший, и его наездников — двух лыбившихся парней. Кажется, оба были в изрядном подпитии. Особенно второй, сидевший сзади. Одной рукой он обнимал напарника, чтобы не свалиться с мотоцикла, а другой приветливо махал пассажирам «Волги». Даже чересчур приветливо. Рокеры будто несказанно обрадовались возможности продемонстрировать случайным зрителям свою удаль и потому, наверное, замедлили движение и некоторое время ехали рядом. К счастью, такое соседство длилось недолго. Езда со скоростью семьдесят километров в час рокеров не прельщала, вскоре сидевший сзади послал Насте воздушный поцелуй и крепко обхватил второй рукой рулевого. «Урал» взревел всеми своими «лошадками», рванулся и с поразительной легкостью стал удаляться. Слава богу. Настя с Гришей переглянулись и облегченно вздохнули. На дороге никого не было, пока все складывается удачно. До места встречи с покупателями оставалось примерно полкилометра. Полминуты езды.
— Вот мудаки, — пробормотал вслед рокерам Гриша и вспомнил, что они появились из Кадкино, — не твои односельчане?
Настя пожала плечами. Ни один из рокеров не показался ей знакомым и никого не напомнил. Хотя, вполне возможно, ребята действительно кадкинские. Молодежь растет быстро, как на дрожжах, а она после смерти родителей в деревню заглядывает нечасто, да и то кроме стариков соседей никого не видит.
— Вряд ли, — неуверенно возразила Настя и не сразу поняла причину обеспокоенности ухажера.
О рокерах Настя уже не думала, целиком поглощенная предстоящей встречей с покупателями. Настя внимательно всматривалась в лесную полосу, начинавшуюся справа от дороги, и ловила себя на мысли, что начинает испытывать волнение. И было отчего, ведь она впервые принимала личное участие в столь опасной операции. Содержимое пакета, лежавшего в багажнике, тянет на сто пятьдесят тысяч долларов, деньги очень немалые в сравнении с двумя человеческими жизнями. Настя даже пожалела, что рокеры скрылись где-то впереди, пожалуй, они могли бы стать неплохой защитой. Не в прямом смысле, а как свидетели. Присутствие неподалеку двух парней на скоростном «Урале» наверняка напомнило бы владимирским компаньонам об осмотрительности. Хотя свидетели в таком деле не нужны и лучше, пожалуй, обойтись все-таки без них. Бог не выдаст, свинья не съест.
— Может, рокеры из Владимирской компании? — то ли спросил, то ли предположил Гриша, обдав Настю неприятным холодком.
Кажется, Гриша вознамерился хорошенько потрепать соратнице ее и без того натянутые струной нервы. Настя сжалась от страха и изо всех сил старалась сохранять спокойствие. Слава богу, пока это еще удавалось, хотя сил в душе почти не осталось.
— Не может быть, — она с показной безмятежностью махнула рукой и уставилась в боковое стекло на мелькающий мимо лес, виденный миллион раз, исхоженный вдоль и поперек и хорошо изученный. Как не изучить, если в этом лесу все кадкинцы запасаются грибами-ягодами. Лес — кормилец.
Однако после мрачных слов Гриши лес сразу показался неприветливым и хмурым, он будто догадывался о цели поездки пассажиров «Волги», укрывая где-то впереди машину с владимирскими номерами, и знал итоги встречи. Насте показалось, что лес зашумел своей кроной намного сильней, чем раньше, и расценила это как предупреждение, как бессильную мольбу не ехать дальше, а забыть про дьявольский металл в багажнике и вернуться в деревню. Пока еще не поздно. Однако пока Настя боролась со страхом, выгоняя из головы мрачные мысли, в поле зрения появился серый «москвич» с затененными стеклами. Раздумывать было поздно. «Москвич» стоял за поворотом, а потому возник перед глазами неожиданно, как привидение, и отнял, кажется, последние силы. Хорошо хоть Гриша не утратил уверенности и хранил спокойствие.
Однако Гриша, как оказалось, тоже волновался, и это чувствовалось по появившейся в его голосе охриплости.
— Они, — коротко сказал Гриша и мрачно усмехнулся, — сейчас саданут из автомата — и поминай, как звали.
