Нога уставился на соратницу с изумлением. Гляди-ка, как быстро отошла. Полминуты назад о памперсах думала, описаться боялась, а сейчас командирский голос прорезался, уже требовать начинает. Где считать? Здесь, посреди дороги? А если появится кто? В душе Гриша воспротивился было, заартачился, но все же согласился. Пожалуй, она права. В сумку лучше заглянуть вдвоем, во избежание недоразумений. Тем более золото принадлежало Насте.
Гриша огляделся по сторонам, ничего подозрительного не заметил и съехал на обочину. Через несколько секунд сумка из багажника перекочевала в салон, хозяйке на колени. Пусть считает.
Считала Настя недолго, поскольку владимирцы не мелочились и рассчитались крупными купюрами. Настя насчитала двадцать пачек, десять по сто долларов, и столько же по пятьдесят, и облегченно перевела дух. Слава богу. Гриша испытывал не меньшее облегчение, однако от сомнений избавился не полностью и поэтому подсказал:
— Разорви какую-нибудь пачку. Мало ли, вдруг «куклы».
Уж если затеялись с расчетами, то нужно довести их до логического конца. Настя снова запустила руку в сумку, повозилась там, как при игре в спортлото в поисках бочонка, и вытянула пачку с надписью «10 тысяч» на упаковке. Пачка приятной тяжестью давила на руки, согревала душу, привнося покой и уверенность. Такого единства не хотелось нарушать, хотя доллары в любом состоянии оставались долларами. Опасения Гриши оказались напрасными, упаковка была настоящей. Теперь совсем другое дело, теперь можно окончательно перевести дух и со спокойной душой расстаться до вечера.
Насте пора на завод, на любимое рабочее место, а Григорию в свой родной магазин. Его рабочее время, ясное дело, никто не контролирует, но сегодня не помешает помаячить на глазах сотрудников.
На всякий случай.
Лихачество для рокеров закончилось плачевно — их мастерство по достоинству оценили гаишники, затаившиеся в кустах неподалеку от въезда в Касимов. Свое присутствие на трассе гаишники обозначили в тот самый момент, когда «Урал» с ревом промчался мимо столба с дорожными знаками, один из которых категорически запрещал движение быстрее семидесяти километров в час. «Урал» приближался к гаишной засаде если не со скоростью света, то близкой к ней, и сбавлять обороты не собирался. Вдобавок ко всему рокеры были без касок, а это уже вообще выглядело вопиющей наглостью. Такая вызывающая крутизна не вписывалась ни в какие ворота, ни в какие рубли, а с полным правом тянула на оценку в долларах.
Патрульных было двое. Один резво выкатился колобком на дорогу, причем с жезлом в руке, будто заранее поднятым, а напарник остался за рулем «жигуленка». Наверное, изготовился ринуться вслед за нарушителями в случае неповиновения.
— Влипли! — прокричал рокер, сидевший сзади. — Тормози!
Он крикнул так громко, что перекричал гул двигателя и был услышан гаишником. Распоряжение «тормозить» служивому понравилось, он властно указал жезлом на обочину впереди себя и опустил руку. Ответом на нехитрый жест стал резкий визг тормозов, рокер тут же накренил «Урал» до самого асфальта, развернувшись на сто восемьдесят градусов почти на полной скорости. «Урал» снова взревел, теперь уже в обратном направлении, и через секунду послушно замер перед патрульным. Тот на выкрутасы смотрел спокойно, расценивая их не иначе как дополнительные штрафные очки, обещавшие принести дополнительные купюры.
Патрульный красивым движением, доведенным до автоматизма, вскинул руку к козырьку фуражки и представился:
— Здравствуйте! Сержант Матвеев. Попрошу ваши документы.
О причине задержки говорить не стал, это было понятно и без объяснений. Сержанту не понравилось, что рокер за рулем не потянулся к карману, не зашелестел бумагами, а вместо этого примиряющего движения нагло спросил:
— А в чем дело, сержант? Мы что-нибудь нарушили?
Патрульный вздохнул. Кажется, вместо ожидаемых «премиальных» придется заняться составлением протокола, делом куда менее приятным. Он глянул на нарушителей внимательней и решил, что без официальной части не обойтись. С этих задрипанных лихачей взятки гладки, у них если и есть деньги, то на пару литров бензина, не больше. Ладно, сгодятся и они. Для отчета перед начальником, а то допекает, что видит очень мало бумаг о правонарушениях на дорогах. С паршивой овцы хоть шерсти клок.
— Во-первых, в полтора раза превысили скорость, — участливо пояснил сержант, — во-вторых, фары не включены, в-третьих, без защитных шлемов, в-четвертых, не предъявили документы…
Рулевой присвистнул. Ни хрена себе, собрали целый букет нарушений и не заметили. Он обернулся к напарнику:
— У тебя есть бабки?
Тот рассмеялся. Видимо, воспринял вопрос как шутку. Однако поинтересовался:
— А сколько нужно?
