Он нежно поцеловал ее пальцы, а потом коснулся губами прохладного лба, не торопясь отстраниться. Он как будто крутил на языке нужные слова, но не решался их сказать.
– И я тоже люблю тебя, Бон, – первой нарушила молчание Теона.
– Вы долго еще будете миловаться? – громко крикнул Вик. – У нас вообще-то гостья!
Бон расплылся в улыбке и вернулся на свое место за столом. Теона села слева от него, напротив Вика и Катарины.
– Я не знаю, что буду делать, когда вернусь в Гридич, – сокрушалась королева, – я снова буду одна. Я такого наворотила за эти несколько дней…
– Кэт, ты не одна. Мы все рядом. Бьюсь об заклад, в Романо даже ничего не заметили. После празднования маскарада обычно все месяц рассказывают друг другу небылицы и допивают вино.
– Ты думаешь, Гридич выживет с такой королевой?
– Я думаю, ты скоро сама удивишься, насколько хорошо пойдут ваши дела. Этим древним стенам давно нужна была молодая кровь у штурвала. И Кэт, я помогу тебе. – Бон пристально посмотрел на девушку, взглядом подтверждая серьезность своих слов.
– Спасибо, Бонбон, – улыбнулась она в ответ.
– А если кто-то будет возражать, то я с удовольствием обсужу с ними их претензии, – сурово добавил Вик.
– Когда все закончится, Вик просился послом в Гридич от Риата, – добавил Бон. – Примешь его?
Катарина взглядом смерила высокого златоволосого Рыцаря:
– Выделю тебе лучшие покои как самому почетному послу, здоровяк. А что это у тебя за шишка на плече?
Вик озадаченно посмотрел туда, где топорщилась рубаха, и, посмеиваясь, как фокусник достал из рукава спящую белку.
– Это Кронки, моя маленькая подруга. – Он приблизил раскрытую ладонь с мирно посапывающим комочком к Катарине. – Ночью ей было очень беспокойно, я думал, она сойдет с ума, металась по комнате и даже чуть меня не укусила. А теперь вот отсыпается.
Катарина аккуратно погладила Кронки пальцем, слегка дотронувшись до рыжей шерстки.
– Какая прелесть, – умилительно сказала она, – никогда не видела, чтобы в доме держали белку.
– А у Теоны жил белый ворон, – заметил Бон, включаясь в негласное соревнование «самый необычный домашний питомец».
– Белый? – снова удивилась Кэт, переведя взгляд на Теону.
– Да, Этин, он таким родился, – пояснила Теона, делая глоток ароматного чая. – Кстати, где он, Бон?
– О нем теперь заботится главный по воронятне, можешь навестить его в любое время.
– К своему стыду, я совсем про него забыла, – расстроилась Теона.
Бон, Катарина и Вик перебросились еще десятком фраз, улыбаясь и перебивая друг друга. А Теона наслаждалась коротким мгновением, наполненным спокойствием и умиротворением. Конечно, это пока не было той идеальной картинкой, которую она нарисовала в своей открытке из будущего, но эскизом к ней – да, пожалуй.
Однако одна мысль, поселившаяся в ней еще вчера вечером, когда они с Муной спасали сердце Катарины, не давала ей покоя, и прежде чем с кем-то ею делиться, нужно было проверить неожиданно родившуюся теорию.
– Кэт, а сколько у тебя сейчас летающих кораблей?
Королева задумалась, подсчитывая в уме.
– Готовых около двенадцати, а что?
– Мы пытаемся подготовиться ко всему, что может случиться. Я не знаю как, но если у нас получится сделать портал между Гридичем и Риатом, ты придешь к нам на помощь?
Катарина удивленно посмотрела на Бона.
– Я обязана вам жизнью, и ты еще смеешь задавать мне такие вопросы?
– Я был уверен в тебе, красотка, – подмигнул ей Виктор.
– Сразу же по возвращении я прикажу снарядить все корабли. Если будет нужно, то Гридич будет готов. Только вот как мне сейчас в него вернуться?
– Я провожу тебя в Дом. Валентин или Орсон перенесут тебя туда, – объяснила Теона.
– Может, я? – вызвался Вик.
– Ты нужен мне здесь, дружище, у меня совет через пять минут.
– Пока, Бонбон, – обняла короля на прощание Катарина, – я буду надеяться, что помощь вам не понадобится, но если что, она придет незамедлительно.
– Береги себя, Кэт. Мы с тобой и всегда готовы встать плечом к твоему плечу.
Вик нескромно воззрился на Катарину.
– Это точно, – добавил он.
– Ох, Белка, ты тут. – Орсон показался из Лунных Врат и явно обрадовался, обнаружив в Доме-без-границ Теону.
– Что-то случилось?
– Вернее будет спросить: что еще случилось? Что-то случилось уже давно.
– Орс, – строго посмотрела на него Теона, – изъясняйся, пожалуйста, яснее, ты же не Муна.
Она уже не помнила, через какое время после их знакомства начала позволять себе разговаривать на равных, а иногда и ставить на место Великих.
– Мортел сидел в темнице глубоко под водой. Вместе с Муной.
– Так…
– Он заставил ее сделать черный ход из мира мертвых за Лунными Вратами.
– Что?
– Получается, теперь есть и вход и выход. Я сопровождаю души до Врат, уверенный, что они остаются там, а кто-то их выводит. Я не знал, Белка, я не знал, не почувствовал неладное.
Теона впервые видела Орсона таким встревоженным. Его голубые глаза были похожи на два блюдца на белой скатерти лица.
– Пока мы ловили змей и псов, отвлекающих наше внимание, он вывел сотни, возможно, тысячи душ. Это я во всем виноват…
– Тин знает?
