– Да все отлично! – Бородач показал обществу большой палец. – Прилетит суккубочка, все тебе начисто вылижет, тут-то ее и хватай. Это ей типа угощение, во как!
Он довольно заржал, Вершок с кудрявым озабоченно переглянулись, а Мораг улыбнулась, показав зубы.
– Хотя кому что, – сказала она, по-кошачьи щурясь. Смуглые пальцы потрогали горло над краем кольчужного ворота. – Мне, к примеру, молоденькие поселяночки любезней чертовок из преисподней. Те, конечно, горячи, но эти мягонькие и сладенькие. А иные не хуже бесовок кренделя выписывают. Посмотришь на такую – сама скромность. – Принцесса смерила меня выразительным взглядом. – Просто ангел Божий, а не девушка. А как до дела дойдет – чертовка натуральная.
Я заерзала. Неужели она сдаст меня – просто из мести?
– Ну, любезный господин, – забормотала я. – Ведь на каждую выходку найдется своя причина. Тебе, со своей колокольни, кажется, что чертовка… а на самом-то деле все так сложилось, что другого выхода не было.
– Ха, – бородач Эрб поднял лохматую бровь. – Вот ведь петрушка! Никак девка эта успела тебе насолить, а, господин южанин?
– Не то слово, – отозвалась Мораг. – Кровавую рану солью засыпала.
– Тада хватай птаху, пока не улетела, да тряхани ее как следовает. А то ишь расчирикалась! «Выхода другого не было». Знаем мы ваши входы-выходы!
– Ничего ты не знаешь, Эрб! – обиделась я. – Не лезь, куда не просят.
– Че тут знать? – он ухмыльнулся: – Как на ладони все. Уж брательник твой нам понарассказывал!
– Прикуси язык, борода. – Мораг медленно поднялась, глядя на меня. – Пойдем, дорогая. Почирикаем.
Она ухватила меня за плечо железными пальцами, сдернула со скамьи и толкнула к выходу. Но не на улицу, а к другому – во двор.
– Бог в помощь! – напутствовал бородач.
– Сама справлюсь, – прошипела мне в затылок принцесса. – Чтобы гадине шею свернуть, чужой помощи не потребуется.
Темный двор был широк и пустынен. Едва мы вышли, Мораг развернула меня и притиснула к двери. У самых глаз блеснули острые зубы. Дыхание ее пахло вином.
– Знаешь, что я сейчас с тобой сделаю?
– Что? – обнаглела я. – За нос укусишь?
И тут же получила по губам – тяжелыми расслабленными пальцами наотмашь. Очень больно и обидно – но явно не в полную силу.
– Это для начала. Еще вякнешь поперек – до костей излупцую.
– А плетка у тебя с собой? Не забыла прихватить?
Бац!
– Я и без плетки с тебя шкуру спущу.
Уй… Я прикрылась ладонью и посчитала лучшим промолчать. Губы стремительно наливались горячим.
– Я поручилась за тебя перед Гертом, сучка. Ты давала честное слово. Я тебе поверила!
Она схватила меня за грудки и шарахнула об дверь. Дверь загудела, мой затылок тоже.
– Мразь, каррахна. Убить мало. Я же тебе поверила! И Герт тоже! Герт тебе поверил, гнида мелкая!
Посыпались такие слова, какие только в Козырее можно услышать, да и то не везде. Мораг забылась и ругалась уже в полный голос.
– Погоди… – залепетала я. – Сейчас объясню. Я пошла к Райнаре. Она сказала…
В дверь изнутри толкнулись.
– Эй, кто там? Пустите, эй! Заснули, что ли?
Мораг отлепила меня от двери и приложила спиной об столб навеса. Из дома вывалился расхристанный гуляка и зигзагами направился к сортиру.
– Мораг, я все тебе объясню. Только выслушай меня. Мне срочно пришлось уйти. Срочно! Я тебе такое расскажу!
– Ты мне уже сказок понарассказывала, блевать тянет от твоих сказок.
– Да это все правда, Мораг! Мне пришлось уйти. Я тебе сейчас объясню почему. Только выслушай. Госпожа моя, – я сбавила тон, – пожалуйста, выслушай, а потом хочешь – казни, хочешь – милуй.
Дверь отлетела, задев принцессу по плечу. Через порог перевалился какой-то совсем уже в зюзю пьяный господин, мыча и икая, принялся прямо тут, не сходя с места, развязывать штаны.
Мораг скрипнула зубами, схватила господина за шиворот и отвесила ему такого пинка, что только сапоги мелькнули. В дальнем конца двора загрохотало, зазвякало, что-то посыпалось, улетевший в темноту господин обиженно взревел.
– Засранцы! – рявкнула Мораг.
Сцапала меня за руку, свирепо оглядываясь вокруг. Потом рванула, потащила куда-то. К конюшне. Зачем к конюшне?
Она присела, ухватила меня одной рукой за пояс, другой под колени и вздернула высоко вверх, к дощатой занозистой стене.
– Полезай!
Вот в чем дело – тут дверка. Сеновал! Я поцарапала дверку, кое-как ее отворила и переползла через высокий порожек в благоухающую сеном тьму. В носу сейчас же засвербело, глаза запорошило, разбитые губы закололо, поэтому я не обратила внимания на сопение и возню в глубине сеновала.
В проеме возникла растрепанная принцессина голова, затем Мораг без усилий подтянулась и влезла внутрь следом за мной.
Откуда-то из кромешной тьмы раздалось тоненькое ойканье. Что-то забормотал басок, женщина ответила невнятно.
– Кого там черти принесли? – окликнул невидимый мужчина. – Занято тут. Валите на конюшню.
– Занято, принцесса, – прошептала я, хватая в темноте ее за руку. – Пойдем отсюда.
Она молча отстранила меня. Длинным скользящим движением рванулась вперед и вверх, туда, откуда доносились голоса. Я поспешно отползла в сторону, освобождая дорогу.
И вовремя. Сверху донеслось:
