Когда вслед за Видящей на Ласкарирэль тоже накинулись эти твари, она завизжала и кинулась было бежать, но откуда-то сверху на ее плечи упало сразу несколько тварей и сбили с ног. Упав на землю, девушка, к своему ужасу, почувствовала, что не может пошевелиться. Твари облепили ее с ног до головы, хватая лапами и зубами. Откуда-то издалека до ее слуха долетел яростный рык Хаука и проклятья, которыми сыпал лорд Шандиар, но потом все заглушил торжествующий визг и писк.
Очнувшись в темноте, Ласкарирэль долго не решалась пошевелиться и лежала, затаив дыхание и прислушиваясь к шорохам. Судя по звукам, она была не одна – кто-то рядом еще дышал и иногда шуршал одеждой, устраиваясь поудобнее. Потом чья-то рука – или лапа? – наткнулась на нее.
Ласкарирэль вскрикнула, вздрогнув всем телом. И тут же теплая рука зажала ей рот.
– Молчи,– прошептал голос Видящей.– Хочешь, чтобы пришли
Ласкарирэль помотала головой, и ладонь убралась с ее губ.
– Вот так. Молчи,– шепотом повторила волшебница.– Они обладают очень тонким слухом.
– Кто это? – выдохнула девушка.
– Кушениры. Мы считали, что они все вымерли…
Подгорные народы не знали домашних животных – мало кто мог выжить в вечной темноте. Исключение составляли только рыбы и свиньи, которым все равно было где жить. Да еще и крысы, которые использовались ими вместо собак. Самых крупных даже запрягали в повозки.
Потом была очередная война, в результате которой многие подземники были уничтожены, а другие были вынуждены переселиться в другие места. Крысы остались без присмотра. Но не вымерли, а сумели как-то приспособиться и даже эволюционировали. Так появились кушениры, и когда подземники несколько веков спустя вернулись на старые места, их встретили твари, которые имели лишь отдаленное сходство с их прежними домашними крысами. Подземникам пришлось заново отвоевывать свои собственные пещеры, и дело кончилось тем, что уцелевшие кушениры просто ушли неизвестно куда. Но на самом деле они вовсе не исчезли с лица земли, как полагали многие.
– Мы ничего не знали о них потому, что никто из видевших их не уцелел,– вздохнула Видящая, закончив свой рассказ.– Судя по тому, что я чувствую, это вроде ловушки. Тот, кто попадает в эту долину, просто не может пройти мимо обелисков. А тут их уже ждут. Видимо, этим тварям все равно, кого есть. А мы у них следующие…
– Этого бы не случилось,– произнес в темноте новый голос, принадлежавший лорду Шандиару,– если бы меня кое-кто не задержал!
Ласкарирэль резко села, едва не ударившись макушкой о неровный потолок. Было ужасно темно, но она недаром была волшебницей. Пусть силы ее были слабы, но она кое-как сумела приспособить глаза к мраку и заметила, что они все сидят в небольшой норе, перегороженной прутьями на две половины. Одну занимали женщины, другую – мужчины. Во всяком случае, девушка очень надеялась, что вторая тень принадлежит Хауку.
– Что с нами будет? – вслух подумала она.
– Нас съедят, чего же еще,– скривилась Видящая.
– Нет!
– Да,– пробурчал лорд Шандиар.– Клянусь Покровителями, не так я представлял свой конец!
Тень насмешливо зафыркала, но ничего не сказала.
– Смейся-смейся,– проворчал эльф.– У меня нет оружия, но до твоего горла я дотянусь!
– Если прежде эти твари не дотянутся до тебя.– Тень наконец соизволила подать голос. Это и в самом деле был Хаук, и сердце Ласкарирэли радостно подпрыгнуло.
Тени зашевелились и набросились друг на друга. Послышался шум борьбы, сопение и яростные восклицания. Волшебницы прильнули к решетке, пытаясь разглядеть, что там происходит.
Борьба закончилась очень быстро – одна из теней подмяла под себя другую.
– Я не буду с тобой драться,– очень спокойно произнес Хаук, устраиваясь поудобнее на негодующе сопящем лорде Шандиаре.– По крайней мере, пока мы здесь. Если ты лишился разума, то я пока в своем уме.
– Ты – убийца, насильник и негодяй! – прохрипел тот, пытаясь выползти из-под тяжелого орка.– Ты убил мою жену… Я поклялся отомстить тебе! И я не отступлюсь!
– Тогда ты неправильно расставил приоритеты, светловолосый.– Хаук слегка встряхнул собеседника, приложив его спиной о камни.– Ты скоро умрешь, и твоя месть окажется бессмысленной.
– Но я исполню свой долг и когда предстану перед Покровителями, то никто не сможет меня упрекнуть…
– Ты. Не. Предстанешь. Перед. Своими. Покровителями! – раздельно произнес Хаук, встряхивая его при каждом слове.– Ты. Навеки. Останешься. Здесь! Вот, смотри!
Он схватил какой-то предмет и сунул его под нос своему противнику. Ласкарирэль напрягла зрение…
В руке Хаука был череп эльфа. Его можно было узнать по особому строению костей лица и глазным впадинам.
– Вот что тебя ждет! – произнес он жестко.– И всех нас.
– А мне все равно.– Лорд Шандиар не сбавил гонора.– Я обязан исполнить свой долг. Тебе этого не понять, ты, тупой примитивный дикарь! Я – лорд! Поколения моих предков властвовали над поколениями твоих. Твои предки были дикарями, а мои…
– Мои тоже не вчера родились,– усмехнулся Хаук.– Вот это не просто так накалывают!
