– Элиссия, у вас двоих что-то случилось? Тебе не стоит сейчас так гневаться. Ты ещё не до конца восстановила силы после лечения Арис, – отец подошёл ко мне, с явной тревогой в глазах, но как только он попытался прикоснуться ко мне…
Шлепок!
Я довольно жестко отбила его руку. Удар был настолько сильным, что жжение разошлось по тыльной стороне ладони, причиняя мне боль.
– Не смей меня трогать, – чуть ли не рычала я, пока агония в груди разъедала кости, заставляя плакать. – Я доверилась тебе! После стольких лет поверила, что ты можешь быть хорошим!… А ты… – голос неожиданно охрип, выдавая мои слезы вместе с криком: – А ты все такой же, как и сотню лет назад! Жестокий и хладнокровный! Тебя ведь никогда не волновали чужие жизни, да, отец?! Ни моя, ни мамина, ни чья-либо ещё! Тебе ведь на всех плевать!!! – я взяла его за грудки, заставляя согнуться пополам, глядя мне в глаза. Его холодные и голубые, они смотрели с недоумением, пока я пыталась разглядеть в них то, что было пару часов назад. Хоть маленький отголосок тех чувств…
Я не хотела терять папу снова…
Но не ценой жизни Маина.
– Зачем? – выдавила из себя гневное шипение. – Зачем тебе нужна была смерть Маина, о предводитель клана "Ночного Сераиса"?! Что он тебе сделал?! Помешал твоим планам?! Может ты и нас с Рином хочешь прикончить, чтобы не мешали, да?! А эта вся показуха про семейную любовь была лишь ловушкой, да?! ОТВЕЧАЙ!
Я не сдержалась.
Из глаз брызнули горькие слезы. Я не хотела в это верить. Я не хотела, чтобы это было правдой. Но все слишком очевидно…
Не было любви… Не было тех родственных чувств… Просто ловушка для скучающей по родителям девчонки…
Ведь мы всего лишь пешки в партии королей…
Я содрогнулась в отчаянии.
Больно… КАК ЖЕ БОЛЬНО!!!
Крылья, что мне подарило прощение… Их вырвали с корнем, оставляя загнивать кровоточащую рану. Как больно… Невыносимо!
Зачем, пап?… Почему это ты?…
– Элиссия, я не убивал Маина. И не собираюсь вредить ни тебе, ни дракону, – и вновь этот чертовски-спокойный голос… Но как? Как я могу ему верить?!
– Конечно, не убивал, – усмехнулась я, чувствуя, как тушь черными полосами стекает по щекам. – Просто приказал Тайку это сделать, а сам ведь руки не марал!
Я вновь содрогнулась и всхлипнула. Маин… Мой друг… Мой лучший друг…
– Зачем?… – прошептала я, готовая упасть на землю.
Сил не было совсем. Отец был прав – я ещё не до конца восстановилась. Но от этого не легче! Ни разу не легче!
Ведь они забрали мою семью…
ЗАБРАЛИ У МЕНЯ МАИНА!!!
Я до сих пор помню, как руки держали влажный скелет, из которого в любой момент могли высыпаться органы… Как пальцы с силой сжимали некогда прочные кости, прижимая лёгкое "тело" к себе… И это… Это все, что осталось от моего друга… Лишь жалкие обглоданные кости и набор органов…
От Маина… От моего друга!
ЧЕРТ, ДА ЭТО БЫЛ ДАЖЕ НЕ ТРУП!…
Скелет без единой узнаваемой черты… Чудовищное зрелище, которое я никогда не забуду…
Больно… Слишком больно…
– Я никогда не отдавал такой приказ, – а папа… вопреки моему недоверию, папа помог мне устоять на ногах. – Маин стал моим союзником. Мне не было смысла его убивать.
– ТОГДА ПОЧЕМУ ОН МЕРТВ?! – выкрикнула я, впиваясь ногтями в его руки. – ПОЧЕМУ ТАЙК УБИЛ ЕГО?! ТЫ ЖЕ ОТДАЕШЬ ПРИКАЗЫ! ТЫ ДОЛЖЕН ЗНАТЬ!!!
Я больше не могла скрывать своих эмоций. Ревела навзрыд, срывая горло. Больно разрывая голосовые связки. Захлебывалась и судорожно пыталась сделать вдох, пока сильные руки прижимали меня к своей груди.
Отец молчал. Долго и напряжённо, словно что-то обдумывал. Он не отрицал своей причастности. Не пытался убедить меня, что не имеет ничего общего со змеиным кланом. Но и не признавался в убийстве.
Ведь…
– Талэникель, – мрачный, холодный голос заморозил пространство вокруг нас всех. Даже камин, казалось, на мгновение потух, не выдержав ледяной стужи исходящей от главы семьи. – Так это ты убил Маина?
Я подняла голову.
Это не подделка. Настоящий вопрос. Он… правда не знал, кто это сделал? И причастность Тайка… стала для него открытием?…
А Талэникель все также молчал, опустив голову. Лишь нервно кусал губы и сильнее сжимал кулаки. Широкие напряжённые плечи поднялись вверх, стараясь прикрыть шею, а ноги словно вросли в деревянный пол. Он не двигался.
Мои глаза округлились.
Тайк… соврал мне тогда? Он соврал про приказ?
– Серэисэль н'Одеррит, это ты осмелился убить Маина н'Юлиот без моего указания? – сталь в голосе зазвучала отчётливее. Стало страшно всем. Сразу вспомнилось, с кем мы имеем дело, и какой силой обладает энлид, что так бережно прижимает меня к себе.
Тайк вздрогнул, но промолчал, смотря в пол. Лишь ненадолго открыл рот, но тут же его захлопнул.
– Тайк… – я была обескуражена. Ведь, несмотря на ненависть к убийце, я пыталась оправдать его поступок… А он… Он убил по своему желанию?
– Зачем? – жёстко спросил отец, хоть на мгновение и послышались нотки сочувствия. Он не ругал, но и не оправдывал своего сына. Лишь задал вопрос.
– Он… мешал… – прошептал Талэникель, напрягаясь ещё больше. Непонятная тень заиграла на опущенном лице, и мне на миг показалось, что в его глазах нет белка.
