– Отпусти. Мне нужно заниматься, – чуть ли не рыкнула я, пытаясь освободиться. Но мужская хватка была крепка.
– И не подумаю, – я уже готова была оттолкнуть его, что есть мочи, но принц продолжил: – Я понимаю тебя, Элис. Я понимаю твою боль. И вижу, как ты пытаешься отстраниться от всего, лишь бы не чувствовать ее. Я сам был таким же.
Он легко поцеловал меня в макушку и положил мою голову себе на плечо. Не жалел. Просто… чувствовал то же самое?
Мои плечи немного расслабились, опускаясь вниз, а глаза с надеждой взглянули на дракона.
Это правда, Рин?…
– Хочешь знать? – усмехнулся он, однако улыбка совсем не была радостной. Скорее жёсткой и до отчаяния грустной. Я даже невольно поежилась, но лишь утвердительно кивнула.
Мужчина долгое время молча смотрел в пустоту, сжимая в тонкую нить сухие губы, но все же произнес:
– Несколько лет назад мне тоже пришлось пережить подобное, – его рука нежно гладила мою спину, но я ощущала напряжение, исходящее от твердого тела. – Трое моих старших братьев… умерли от черных язв. Да, таких же, как у Арис и юного дворецкого. Не удивляйся, – грудной бас был холоден и отрешен, словно страшные слова не имели никакого значения для дракона. Вот только проступившие желваки на скулах говорили об обратном. – Это… и есть причина, по которой нам потребовалась "Темная искра". Только она, в руках сильного мага, может спасти обречённых. Но, как ты знаешь, артефакт украли и разбили… – Рин на мгновение остановился и нервно сглотнул, готовясь к чему-то сложному. – Одного из моих братьев звали Фар. Он… Эх, он был не просто братом крови. Нянькой, учителем… другом. Лучшим другом. Но… – Рин вздохнул ещё тягостнее. Было видно, как ему больно об этом говорить. – Но он тоже подцепил эту чёртову заразу… Фар был сильным. Сильнее кого-либо из тех, кого я знал. Но буквально за пару недель он превратился в беспомощного старика, чье тело было испещрено язвами… Я до сих пор помню его завещание. Брат попросил меня… Попросил меня сжечь его. Убить, чтоб не мучался. Чтобы ушел в мир иной достойно…
Дракон замолчал, а я коснулась пальцами колючей щеки. Заледеневшее сердце отозвалось болью и сочувствием. Убить родного брата… это же хуже любой пытки!
– Ты… сделал это? – мой голос дрогнул, выдавая очнувшиеся эмоции. А Рин… Рин прижал мою ладонь к своим губам.
– Да… Сделал… – прошептал он, крепче обнимая меня. Мои глаза раскрылись в ужасе, а ребра, как узкая клетка, сжали лёгкие. Дыхание оборвалось. Я чувствовала чужую боль. Боль утраты, так похожую на мою. – И в тот день я обрёл свое истинное имя… Эмраэт. Богиня нарекла меня Эмраэтом, что означает "пустота, заполненная кровью".
Воздух между нами заискрился, покрываясь золотыми всполохами и засасывая меня в гущу событий.
Я словно видела это болезненное воспоминание своими глазами: Рин, опустошенный, с окровавленным от агонии сердцем, направил огромный столб пламени на старца, что, казалось, сам вот-вот уйдет в руки жнецов. Не было криков, лишь убивающие душу ощущения, что высасывали последние соки надежды из молодого дракона. Пепел его родного брата развеялся по воздуху, словно цветочная пыльца, иногда застревая в спутанных, золотых волосах. Княжич же стоял на коленях, невидящим взором смотря в закатное небо. Словно обращаясь к богам с немым вопросом: "За что?"…
Вспышка света, и одинокие слезы, что капали на выжженную траву, обратились в кровь. Сама богиня Истария сошла с небес, даруя дракону его истинное имя. Имя, которое нельзя получить при рождении. Только заслужить.
Это имя является жизнью дракона. Его силой, его разумом, его истинной сущностью. Оно дарует энергию, дабы двигаться вперёд. Повышает резерв, качество магии и много чего еще. Но также является слабым местом. Тем, что можно доверить только…
– Рин, ты что! – я тут же встрепенулась, когда странное видение развеялось. Оно вызывало дрожь в моем теле. Приятное тепло, что медом разливалось по венам, наполняя меня живительной силой. Но… – Это же истинное имя! Это опасно для тебя! Оно же только для…
– Истинной пары. Я знаю, – золотой дракон, несмотря на тяжёлый разговор, тепло улыбнулся мне. А я… Я покраснела, не веря в услышанное.
Лёд тронулся. Потрескался и уже готов был осыпаться прозрачными стекляшками. Из-под айсберга вот-вот хлынут все эмоции, что так упорно я сдерживала эти два дня. Но помимо боли, там было ещё кое-что. То, в чем я боялась признаться даже себе…
Теплое… Обжигающее чувство, что заставляло сердце биться быстрее, когда Эмраэт был рядом.
Неужели это она? Лю… бовь?…
– Я?… – хрипло выдохнула, пытаясь успокоить душу. Все внутри переворачивалось, а осознание такой простой истины происходило с большим трудом.
– Именно, – а улыбка на красивом лице расползалась все дальше и дальше. – А ты не догадывалась?
– Не-е-ет. Ты шутишь… – я снова отвела взгляд. Нет, не может быть. Этого не может быть!
– Я серьёзен, – Рин повернул мою голову к себе, заставляя встретиться глазами. – Я люблю тебя, Элис. И готов отдать жизнь за тебя.
Плотину прорвало.
Я готова была захлебнуться в своих чувствах. Я была раздавлена… И счастлива до безумия!
