- Полно же, моя дочурка, - говорила мистрис Робертс. - Чего ты волнуешься?! Все обошлось благополучно. Твой жених здоров и невредим. Он поехал теперь другой дорогой, чем Регуляторы, следовательно, никакая опасность ему не угрожает. Поди-ка лучше на воздух, право, это лучше всего успокоит тебя. Стыдись, такая взрослая девица, и вдруг плачет! Мистер Браун, - обратилась она к молодому человеку, видя, что грусть все не покидает Марион и слезы медленно, одна за другой, падают на руки, - будьте добры, уговорите эту непослушную особу пройтись немного и сами проводите ее. Свежий воздух и ходьба - самое лучшее лекарство.
- Конечно, мисс Марион, - с готовностью поднялся Браун, подходя к ней и предлагая руку, - пойдемте-ка, развлекитесь немного!
Марион наконец немного успокоилась и послушно отправилась за Брауном.
Солнце начинало уже закатываться. Длинные тени деревьев тянулись через дорогу, раздавалось пение птиц и крики попугаев. По сучьям гигантских пихт весело скакали белки, кидая вниз ореховую скорлупу, звонко ударявшуюся о землю. Изредка среди леса на тропинке показывалась олениха с детенышами и, высунув голову, долго прислушивалась к обычному лесному шуму, все время оглядываясь, не грозит ли какая-нибудь опасность ее детенышам. Марион и Браун, шедшие по тропинке, не возбуждали опасения в этих животных, которые точно чутьем угадывали, что это - не враги. Кругом царила торжественная тишина векового девственного леса, нарушаемая лишь монотонным шелестом листьев гигантских дубов.
- Я, право, не знаю, как и благодарить вас, мистер Браун! - начала молодая девушка. - Вы с такой готовностью защитили честь мистера Роусона, подвергая опасности самого себя, что…
- О, мисс Марион, опасность была вовсе не велика, - перебил ее смущенный похвалой Браун, - человек, постоянно толкующий, что он всех и вся уничтожит и убьет, - трус! Он и Роусона-то задел, будучи уверен, что тот ему не ответит, как того и требовало его положение.
- Вы, кажется, все-таки сомневаетесь в мужестве мистера Роусона? - спросила Марион.
- О, нисколько! Он не мог ответить на оскорбление ударом ножа: ведь он проповедник!
- Как бы там ни было, я счастлива, что вы питаете такие искренние дружеские чувства к мистеру Роусону, - сказала девушка. - Скажите, когда вы с ним познакомились?
- Какая у меня с ним дружба?! - изумился Браун. - Да я с ним и вижусь-то первый раз!
- И вы все-таки рисковали своей жизнью из-за незнакомого человека? - с удивлением смотря на собеседника, спросила Марион.
- Он - ваш жених, и этого для меня довольно. Я видел, как вы побледнели при нанесенном ему оскорблении, и не мог сдержаться. Однако что с вами, мисс Робертс? Вам опять дурно? Присядьте вот сюда, на этот пень! Отдохните немного!
Марион машинально последовала за своим спутником и так же машинально опустилась на пень, к которому подвел ее молодой человек. Видимо, какая-то назойливая мысль сильно занимала ее.
- Скажите, Браун, правду мне говорил отец, что вы собираетесь покинуть нас и принять участие в войне за независимость Техаса? Что вас заставляет решиться на такой шаг?
- Многое, мисс! Я хочу развлечься, хочу отделаться от некоторых мучительных воспоминаний, и лучшее средство для этого - война. Впоследствии, если все благополучно кончится, я вернусь, и тогда отец ваш предлагает мне заняться вместе с ним торговлей лошадьми.
- Стало быть, вы несчастливы, если бежите отсюда? Как жаль, что Арканзас вам неприятен, а я так люблю нашу страну!
- Ваша любовь к стране, где вы встретили любимого человека и стали счастливой, вполне понятна. В таком случае можно полюбить страну и худшую, чем Арканзас. Я же был здесь несчастлив!
- А кто же, по-вашему, счастлив здесь? - задумчиво спросила девушка.
- Несомненно, Роусон! - смело ответил Браун, даже сам испугавшись такой смелости.
- Нам, кажется, уже пора вернуться домой! - вдруг порывисто встала со своего места Марион. - Да и москиты перед заходом солнца здесь невыносимы.
Молодые люди повернули обратно и шли молча, не обменявшись ни одним словом.
- Скажите, Браун, ведь вы живете со своим дядей? - спросила Марион, чтобы хоть как-нибудь нарушить тяжелое молчание.
- Да, мисс, мы живем вместе с ним, по-холостяцки, - скучная жизнь! Я слышал, что мистер Роусон собирается поселиться неподалеку? - спросил он в свою очередь. - На днях, как он при мне говорил вашему отцу, он получает большую сумму денег и тогда…
- Тогда состоится наша свадьба, потому что отец иначе не соглашается выдать меня за мистера Роусона. Он и вообще против этого брака.
- Странно, - сказал Браун, - быть против возможного счастья дочери.
- Он уверен, что я не буду счастлива.
- Что за пустяки! Любовь неразлучна со счастьем!
- Не знаю!
- Не знаете? Так, значит, вы не любите мистера Роусона?
