Шерифы, судьи и прочие власти, невзирая на строгое запрещение применения местными жителями закона Линча, ничего не могли поделать. Да и как стали бы они преследовать неизвестных преступников, когда зачастую и самое преступление проходило бесследно, не достигнув их ушей?
Беда заключалась только в том, что Регуляторы не всегда бывали беспристрастны, иногда личная месть, оскорбленное самолюбие, увлечение заставляли Регуляторов необдуманно лишать жизни совершенно неповинного человека.
Однажды в Уайт-Коунти Регуляторы захватили одного совершенно безвинного человека и, привязав его к дереву, стали бить плетьми, стараясь заставить его сознаться в преступлении, которого тот не совершал. Бедная жена этого фермера не вынесла тяжелой сцены наказания мужа и через несколько дней умерла в сильнейшей горячке. Правда, впоследствии фермер доказал свою невиновность и в отместку убил предводителя Регуляторов, но впечатление от их проступка едва ли могло изгладиться. Поговаривали, что и Гитзкот принадлежал тогда к шайке Регуляторов и что именно эта причина и послужила поводом к его удалению из Коунти.
Гитзкот был человек крайне надменный, задира, чрезвычайно дикого и свирепого нрава. Но люди, даже не желавшие с ним иметь никакого дела, должны были все-таки признать его за человека честного и храброго. Остальные Регуляторы, принадлежавшие к банде, которой он предводительствовал, были все больше из окрестных фермеров; все они носили карабины, ножи и кинжалы, сам же Гитзкот, как еж колючками, был увешан оружием.
Робертс окликнул подъезжавших всадников и осведомился, уж не с индейцами ли они собираются сражаться, если вооружились с ног до головы.
- Какие там индейцы! - ответил Гитзкот. - Конокрады опять появились в нашей местности и неподалеку от реки Арканзас увели четырех лошадей у Роулеса. Судя по следам, воры отправились на юго-восток, но, к несчастью, проклятый дождь смыл следы, и мы принуждены были разделиться на несколько отрядов, чтобы оцепить воров. Теперь направляемся к Вилькинсу, чтобы выработать дальнейший план. Не пожелает ли кто-нибудь из вас присоединиться к нам?
- Ну уж только не я! - отозвался Робертс.
- Напрасно! Ведь у вас такой табун прекрасных лошадей, что не сегодня-завтра и к вам могут пожаловать нежданные гости.
- Вот мы и подождем, пока это случится! Однако, джентльмены, прошу слезть с лошадей и закусить чем Бог послал.
- С величайшим удовольствием! - отозвался Гитзкот, тотчас же слезая с лошади. - Нам предстоит еще порядочный конец, а подкрепиться никогда не мешает!
Остальные Регуляторы последовали примеру своего предводителя и тоже сошли с лошадей. Некоторые из них, знакомые с Брауном, подошли к нему поздороваться.
- А вы, молодой человек, отчего не хотите поддержать наше правое дело? - спросил его Гитзкот.
- Оттого, во-первых, что я совершенно не знаком с этой местностью и редко бываю здесь. Я постоянно в разъездах: сегодня здесь - завтра там. Во-вторых, скажу вам откровенно, я не уважаю вашего образа действий, иногда бесчеловечного.
- Ого, джентльмен, нужно пожить здесь подольше и тогда уже судить о наших действиях! - сердито пробормотал Гитзкот.
- Пожалуйста, господа, войдите в дом! - раздался с порога голос Робертса, как нельзя более кстати прервавший обострявшийся разговор Брауна с Гитзкотом. - Садитесь и принимайтесь за еду, будьте как дома!
Большинство фермеров чинно сидели за столом, не без уважения относясь к находившемуся здесь проповеднику, так как сами были методистами. Только Гитзкот беспокойно ворочался на своем сиденье, бросая в сторону Роусона довольно недружелюбные взгляды. Если бы не присутствие женщин за столом, Регулятор наверное бы разразился целым потоком брани по адресу проповедника.
- А не найдется ли у вас глотка виски? - прервал молчание Гитзкот, утираясь рукавом куртки. - После того, чем угостила нас Боувит, у меня все время першит в горле.
- Мы вовсе не держим спиртных напитков! - возмутилась набожная миссис Робертс. - Да и Боувит сделала бы лучше, если бы тоже не держала их.
- Вот-вот! И я то же говорю! Чем держать какую-то дрянь, лучше вовсе ее не иметь, - отозвался Гитзкот, как бы не поняв, что хотела сказать хозяйка.
- Мистер Гитзкот, неужели вы не понимаете, что здесь лучше совсем не поднимать разговора о водке? Он, как видите, неприятен почтенной мистрис Робертс! - вмешался Роусон.
- Мистер Роусон, неужели вы не понимаете, что вам лучше держать язык за зубами и не совать нос в чужие дела?! - иронически произнес Регулятор.
- Господа! - заявил вошедший в это время старик Робертс, желая замять неприятный разговор. - Я велел задать корма вашим лошадям.
- Чрезвычайно благодарны за это! - отозвались Регуляторы и понемногу стали подниматься из-за стола.
Затем все отправились на двор, где, усевшись на стволах спиленных деревьев и пнях, стали обсуждать различные планы, каким бы образом схватить конокрадов.
- Рано или поздно, но мы поймаем их, - заявил Гитзкот, - и тогда уж пусть они поберегутся! Я их повешу на ближайшем дереве! Ей-богу!
