Всё залила ослепительная вспышка! Перед трактором вспыхнуло ослепительное сияние — огромная сфера искрящегося света, от которой стало больно даже глазам Елены. В нос ударила хорошо знакомая вонь — светящиеся чернила келе, которые тот, для чего-то, выплюнул в виде огромного светящегося облака, а не тугого сгустка слизи.
Спрыгнув на крыло трактора, Елена спешно схватила рычаг управления и дёрнула его от себя, увеличивая скорость.
Внутреннее чутьё девушки подсказывало ей, что сейчас в этом месте очень опасно находиться.
— Какого чёрта это было? — начал Иннокентий, но Елена схватила МВГ-2 и спешно прижала её к лицу Иннокентия.
Тот сделал судорожный выдох, «продув» маску и тут же трактор оказался в огромном облаке какого-то странного, стремительно тающего тумана, густого, медового цвета — келе применили своё жуткое химическое оружие.
Елена вдохнула воздух из баллона и выдохнула, посмотрев на лакмусовый анализатор, который покраснел с такой скоростью, словно налился кровью…
В клубах тумана что-то мелькнуло. Нечто огромное, что ударилось в землю, в паре метров от кабины и снова взлетело — странным, непонятным движением. Затем оно исчезло — Елена только успела рассмотреть, что это существо было очень большим, почти с келе толщиной, а высотой — выше арктических чудовищ в несколько раз.
В следующий миг это существо исчезло, но до Иннокентия и Елены донёсся ужасный звук — какой-то грозный, влажный скрип и хруст. Земля содрогнулась, но тут же всё стихло.
Елена, прижав к груди «Вьюгу» выскользнула из трактора, и осмотрелась по сторонам.
Трактор и его жуткий груз вырвались из тумана, что образовался после химической атаки келе, и двинулся к Угодьям Келе. Оглянувшись, Елена увидела, что келе продолжают их преследовать — только на сей раз, они ползут не прямо за телегой, а заложив какую-то дугу, словно боятся чего-то, что скрывается в облаке отравленного воздуха и медленно угасающего тумана из взвеси светящихся чернил.
Посмотрев на лакмусовый анализатор, Елена сглотнула и покачала головой.
Дождавшись пока они покинули зону отравления. А ветер — к счастью дующий от моря в сторону тундры, сдует отравленный воздух. Елена сняла маску.
— Что это было? — спросил Илья, осторожно приподняв маску. — Какого хрена это было?
— Не знаю… — Елена поёжилась. — Но думаю, что против этого «не знаю», мы с вами — мураши под ногами слонов.
— Чёрти что творится! — Иннокентий свирепо сплюнул в окно. — Эти арктические кальмары всё ещё за нами ползут?
— Даже не пытаются отстать или передохнуть, — проговорила Елена, посмотрев в окно. — Не понимаю, что там за запах, от которого они сходят с ума.
— Сходят с ума?
— Да, их поведение какое-то неестественное для животных. Они упрямо идут напролом к своей цели, совершенно игнорируя огонь, боль и сопротивление.
— Может больные? Или бешенные?
— Нет… Они бы тогда проявили себя раньше, — Елена прикрыла глаза, вслушиваясь в переливы флейты. — Есть дикая теория — что если этот запах у них ассоциируется с началом сезона размножения? Самец чует запах, самки и идёт к ней, невзирая ни на что. Что если этот запах он оказывает на них именно такое действие? Тогда хоть как-то объясняется их безумие.
— Полагаете, если мы от него избавимся — то они оставят нас в покое?
— Полагаю что да — они сами по себе скрытные — вся их жизнь, сплошная…
Яркий свет фар пронзил ночь — в следующий миг трактор нагнали аэросани, за рулём которых сидел Вилка, а на крыле саней стоял Серафим, кутавшийся в какую-то фуфайку.
— Эй ты что, сдурел?! — крикнула Елена. — Вали отсюда!
— Ага, счас, — Серафим поморщился от боли и прыгнул на трактор.
Елена бросилась на Серафима и, ухватив его за руку, затащила на крыло трактора.
— Спятил?!
— Ничего, всё в порядке, — Серафим подмигнул Елене. — Товарищ старший инженер! Докладываю — эти твари явно тащатся за вами. Но судя по всему начинают отставать… Вполне возможно что они немного выдохлись. Это хорошие новости.
— А плохие какие?
— Через полтора часа нас накроет «ледяная морось»….
— Да уж… — Елена застонала. — Доехать то успеем?
— Успеем. Взрывчатке в этой «ледяной мороси» ничего не будет.
— А нам?
— Ну… — Иннокентий замялся. — Стоит ли обсуждать этот вопрос? Меня другое больше интересует — что насчёт этих красавцев?
— Спокойно переносят даже «ледяную морось». Не исключаю, что они вообще могут замёрзнуть во льду, а затем ожить, без проблем для своего организма, — вздохнула Елена, вспомнив как тот келе, которого они с Павлом сбили аэросанями, провалялся без сознания во время «ледяной мороси» и при этом не утратил ни силы, ни ловкости, ни здоровья — только разве что аппетит нагулял, — придётся загнать трактор в тот тоннель, что пробили эти чёртовы «трясуны»!
— Тоннель? — Серафим вздохнул. — Товарищ старший лейтенант… я точно помню, что никакого тоннеля там не было. И все ребята, с которыми я общался, тоже говорят, что там ничего не было.
