– Если вы имеете в виду, Генри, что свою мысль я изложил ясно и четко, тогда будем считать, что я с вами согласен. Что скажете: да или нет?
– Господи, мистер Даннет, вы что же, и подумать мне не дадите?
– Едва ли тут есть о чем думать, Генри, – терпеливо объяснил Даннет. – Все очень просто: да или нет. И никаких проблем.
Генри продолжал играть в простачка.
– А если я скажу «нет»?
– Не надо торопить события. Всему свой черед.
Генри стало как-то неуютно.
– Не очень мне это нравится, мистер Даннет.
– Что именно, Генри?
– Ну, как бы… вы ведь не шантажируете меня, не угрожаете мне, а?
Казалось, Даннет мысленно считает до десяти.
– Вы ищете там, где ничего нет, Генри. Извините, но это просто чушь. Как можно шантажировать человека с безупречной репутацией? А ведь у вас, Генри, репутация безупречная, верно? И с какой стати я буду вам угрожать? Как я могу вам угрожать? – Он сделал долгую паузу. – Да или нет?
Генри вздохнул, признавая поражение:
– Да, черт подери. Что я, собственно, теряю? За пять тысяч фунтов и работу в нашем марсельском гараже я могу запродать и собственную бабушку, упокой Господь ее душу.
– Это не потребуется, даже будь такое возможно. Единственная просьба – полное молчание. Вот справка о здоровье от местного доктора. Здесь сказано, что у вас предынфарктное состояние и вам нельзя заниматься тяжелой работой, например водить трейлер.
– Последнее время я и вправду чувствую себя не бог весть как.
Даннет позволил себе едва заметную улыбку.
– Я так и думал.
– А мистеру Макалпину про это известно?
– Станет известно, когда вы расскажете. Покажете ему заключение врача.
– И что, он на это клюнет?
– Если вы имеете в виду, будет ли этого достаточно, то да. Он просто не сможет вас не отпустить.
– А можно спросить, из-за чего весь этот сыр-бор?
– Нет. Вы получаете пять тысяч фунтов за то, чтобы не задавать вопросов. И держать язык за зубами. Отныне и вовек.
– Вы очень занятный журналист, мистер Даннет.
– Очень.
– Я слышал, вы работали бухгалтером в Сити. Почему вы оттуда ушли?
– Эмфизема. Болезнь легких, Генри, болезнь легких.
– Что-то вроде моего предынфарктного состояния?
– В наши дни стрессов и перегрузок, Генри, идеальным здоровьем могут похвастаться не многие, это прямо благословение Господне. А теперь вам надо повидаться с мистером Макалпином.
Генри ушел. Даннет что-то черкнул на листке бумаги, написал адрес на вместительном светло-коричневом конверте, сделал пометку «СРОЧНО» в верхнем левом углу, положил внутрь листок и микропленку и направился к выходу. Идя по коридору, он не заметил, что соседняя с его комнатой дверь чуть приоткрыта; соответственно, он не заметил, что сквозь узкую щель за ним наблюдает чей-то глаз.
Это был глаз Траккьи. Он закрыл дверь, вышел на балкон и взмахом руки подал сигнал. Где-то в отдалении, далеко за гостиничным двором, принимая сигнал, поднялась чья-то рука. Траккья поспешил вниз и там нашел Нойбауэра. Вместе они отправились в бар и заказали себе по стакану сока. По крайней мере два десятка человек увидели их и узнали, потому что Нойбауэр и Траккья были известны ничуть не меньше Харлоу. Но Траккья был не из тех, кто удовлетворяется половинчатым алиби. И он сказал бармену:
– В пять часов мне должны звонить из Милана. Который сейчас час?
– Ровно пять, мистер Траккья.
– Передайте портье, что я здесь.
Прямой путь к почте лежал через узкий переулок, по обе его стороны тянулись какие-то сараи да гаражи. Дорога была практически пуста, что вполне естественно для субботы, решил Даннет. Переулок тянулся ярдов двести, и на всем этом отрезке находился только один человек, он склонился над двигателем легковой машины у открытых ворот гаража. Он был в комбинезоне, на голове красовался темно-синий берет, надвинутый на самые глаза – скорее на французский, чем на итальянский манер, – а видимая часть лица вся была испачкана маслом, и, какова внешность этого человека, оставалось только догадываться. В команде гонщиков «Коронадо», машинально подумал Даннет, такого грязнулю-механика не потерпели бы и пяти секунд. Но одно дело обслуживать «коронадо», и совсем другое – старый разбитый «фиат».
Когда Даннет проходил мимо «фиата», механик внезапно выпрямился. Даннет вежливо шагнул в сторону, чтобы обойти его, но в эту секунду механик, оттолкнувшись от переднего крыла машины, всем телом навалился на Даннета. Даннет не удержался и начал падать в сторону открытых дверей гаража. В этом ему подсобили, бесцеремонно подтолкнув в спину, два очень крупных и сильных мужчины в масках-чулках, явно не признававших других методов убеждения. Двери гаража захлопнулись.
