– Героин. Представь, сколько сотен, а вернее всего, тысяч людей они загубили. Да, я обидел животных, назвав эти существа зверьем. Их следует отнести к низшей форме паразитов. Я с удовольствием сотру с лица земли всех шестерых.
Лежащие, связанные пленники обильно потели и облизывали сухие губы. Их объял смертельный страх. Такая прозвучала в словах Харлоу безжалостная неумолимость, что они поняли – он не шутит.
С таблеткой в одной руке и с пистолетом в другой Харлоу уперся коленями в грудь Нойбауэра. Ткнул его пальцем в солнечное сплетение, тот ахнул, и Харлоу сунул ему в рот глушитель, чтобы не сжал зубы. Таблетку Харлоу поднес к самому глушителю.
– Где миссис Макалпин? – спросил он и убрал пистолет.
Сам не свой от страха, Нойбауэр пролепетал:
– Бандоль! Бандоль! Бандоль! На судне.
– Что за судно? Где?
– В заливе. Моторная яхта. Футов сорок. Синяя с белым верхом. Называется «Шевалье».
Харлоу обратился к Рори:
– Принеси мне тот кусочек ленты, что прилеплен к краю стола. – Он снова ткнул Нойбауэра в солнечное сплетение и сунул ему в рот ствол пистолета. Потом отправил туда же таблетку. – Я тебе не верю. – Он убрал пистолет и склеил Нойбауэру губы. – Чтобы не выплюнул цианистый калий.
Харлоу перешел к тому из брюнетов, который еще в гостиной полез в карман за пистолетом. С таблеткой в пальцах он присел на корточки. Харлоу и рта не успел раскрыть, как брюнет затараторил, срываясь со страху на визг:
– Ты что, псих? Псих, да? Он ведь правду сказал! «Шевалье». Бандоль. Синяя с белым. Стоит на якоре ярдах в двухстах от берега.
Харлоу бросил на брюнета внимательный взгляд, кивнул, поднялся, подошел к телефону, снял трубку и набрал номер Police secours – неотложной полицейской помощи. Ему тотчас ответили.
– Я говорю с виллы «Приют отшельника» на улице Жорж Санд, – сообщил Харлоу. – Да, верно. В подвальном помещении вы найдете целый склад героина. В том же помещении находится оборудование для промышленного производства героина. Еще вас там будут ждать шесть человек, которые занимались производством и распространением этого героина. Они надежно связаны, так что не окажут сопротивления. Трое из них – братья Марцио. Их документы, а также паспорт подозреваемой в убийстве Анны-Марии Пуччелли я забираю с собой. Вы получите их сегодня вечером. – Из трубки послышалась настойчивая скороговорка, но Харлоу перебил ее. – Повторять я не стану. Я знаю, что наш разговор записывается на магнитофон, поэтому не пытайтесь задерживать меня до приезда полиции. – Он повесил трубку, и тут в руку ему вцепился Рори.
– Вы узнали, что хотели! – с мольбой в голосе выпалил он. – Три минуты еще не истекли. Вы успеете вынуть таблетку изо рта Нойбауэра.
– Ах это. – Харлоу всыпал четыре таблетки обратно в пузырек, а пятую торжественно поднял вверх. – Ацетилсалициловая кислота. Аспирин. Для того я и заклеил ему рот, чтобы он не проболтался своим дружкам, что ему скормили всего-навсего таблетку аспирина, вкус-то знакомый. Взгляни на него: он уже не трясется от страха, зато готов лопнуть от злости. Впрочем, они все готовы лопнуть от злости. Ну да ладно. – Он подхватил дамскую сумку и посмотрел на ее хозяйку. – Берем взаймы на время, лет на пятнадцать-двадцать – это уж как суд решит.
Они вышли, заперев за собой дверь на засовы и на замок, взяли из ящика стола в прихожей ключ от ворот, выскочили в открытую парадную дверь, добежали до ворот и открыли их настежь. Харлоу увлек Рори в тень под сосну.
– Долго нам здесь стоять? – спросил Рори.
– Пока не убедимся, что первыми сюда приехали те, кому следует.
Всего через несколько секунд раздалось пронзительное улюлюканье сирен. В следующее мгновение две полицейские машины и полицейский автофургон с включенными сиренами и маяками влетели в ворота, лихо затормозили у дома – так, что брызнул из-под колес гравий, – и человек семь полицейских ринулись в распахнутую дверь. Несмотря на заверение Харлоу, что преступники обезврежены, полицейские сочли необходимым взять оружие на изготовку.
– Первыми приехали те, кому следует, – успокоился Харлоу.
Спустя пятнадцать минут Харлоу сидел в кресле в лаборатории Джанкарло. Тот полистал пачку документов и глубоко вздохнул:
– Должен признать, Джон, вы ведете интересную жизнь. Наш пострел везде поспел. Сегодня вы оказали нам большую услугу. Те трое, о которых вы говорите, и в самом деле пресловутые братья Марцио. Многие принимают их за сицилийцев и мафиози, но это не так. Вы правильно установили, что они корсиканцы. А корсиканцы считают сицилийскую мафию шайкой мелких хулиганов. Уже много лет мы охотимся за этой троицей, да все не хватало улик. Но теперь они влипли крепко: шутка ли, угодить в руки правосудия с героином на сумму в несколько миллионов франков. Ну что же, и я отплачу вам доброй вестью. – Он протянул Харлоу несколько исписанных листов бумаги. – Жан-Клод не уронил чести мундира. Вчера вечером он нашел ключ к шифру. Любопытное чтение, не правда ли?
– Да, – через минуту-другую согласился Харлоу. – Список перекупщиков Траккьи и Нойбауэра в Европе.
– Именно.
– К Даннету долго дозваниваться?
