– А ты думал, у них в карманах пудреницы? Так, Рори, теперь давай бечевку. Сам знаешь, что делать. Узлов вяжи сколько угодно, затягивай потуже – пусть хоть занемеют к черту.
Рори с воодушевлением взялся за дело и очень скоро связал руки за спиной всем шестерым, включая небрежно забинтованного человека в черном.
– Где ключи от ворот? – спросил Харлоу у Нойбауэра.
Нойбауэр злобно сощурился и промолчал. Харлоу сунул пистолет в карман, подобрал нож, который выронил покушавшийся на него сторож, и приставил Нойбауэру к горлу, чуть проткнув кончиком кожу.
– Считаю до трех, потом всажу по самую рукоятку. Раз… Два…
– В прихожей, в ящике стола. – Нойбауэр позеленел от страха.
– Всем встать! В подвал!
Беспокойно озираясь, они гуськом спустились в подвал. Замыкающий, один из трех брюнетов, до того разнервничался, что неожиданно с яростью набросился на Харлоу, вероятно в надежде сбить его с ног и затоптать, однако это было глупо с его стороны, ибо он уже имел случай убедиться в мгновенной реакции противника. Харлоу проворно посторонился, нанес пистолетным стволом удар в висок, брюнет рухнул и прокатился кубарем до середины лестницы. Тогда Харлоу ухватил его за ногу и потащил вниз, по дороге пересчитывая его головой бетонные ступеньки.
– Да ты что, Харлоу, спятил? – возмутился один из двух других брюнетов. – Ты же убьешь его!
Харлоу дотащил свою жертву до самого низа и равнодушно посмотрел на того, кто возмущался:
– Ну и что? Может, мне все равно придется вас пристукнуть.
Он загнал их в подвальную лабораторию и с помощью Рори втащил следом потерявшего сознание брюнета.
– Лечь на пол! – распорядился Харлоу. – Рори, свяжи им ноги. Потуже, пожалуйста. – Рори выполнил поручение не только с готовностью, но и с явным удовольствием. Когда он закончил, Харлоу попросил: – Пошарь у них по карманам. Посмотри, какие есть документы. Нойбауэра не трогай. Все мы знаем нашего дорогого Вилли.
Рори набрал целую пачку бумаг. Он нерешительно покосился на женщину.
– Мистер Харлоу, а как быть с дамой?
– Ни в коем случае не называй эту ядовитую гадину дамой. – Харлоу повернул к ней голову. – Где твоя сумочка?
– Нет у меня сумочки.
Харлоу вздохнул, подошел к ней и присел на корточки.
– Если я обработаю твое личико с другой стороны, мужчины будут обходить тебя за милю. Правда, теперь тебе в любом случае придется надолго забыть, как выглядят мужчины, поскольку ни один суд не закроет глаза на показания четверых полицейских, которые могут тебя опознать, и на отпечатки пальцев на стаканчике. – Он многозначительно посмотрел на нее и вскинул пистолет. – А надсмотрщикам, наверное, плевать, какое у тебя лицо. Где сумочка?
– В моей спальне. – Дрожь в голосе выдала страх, притаившийся в глазах.
– Точнее.
– В шкафу.
– Рори, сделай одолжение, – обернулся к нему Харлоу.
– А как узнать, где чья спальня?
Харлоу терпеливо объяснил:
– В ее спальне есть туалетный столик с зеркалом, похожий на перевязочную стойку в аптеке. И захвати в гостиной их пистолеты.
Рори убежал. Харлоу поднялся, подошел к столу, где он оставил документы, и начал с интересом изучать их. Спустя минуту он поднял глаза:
– Так-так-так. Марцио, Марцио и Марцио. Звучит как название солидной адвокатской конторы. И все с Корсики. Кажется, мне уже приходилось слышать о братьях Марцио. А полиции и подавно; они будут в восторге от этих корочек. – Харлоу отложил документы, отмотал с укрепленной на столе бобины шесть дюймов клейкой ленты и легонько пришлепнул ее к краю стола.
– Ни за что не угадаете, для чего это.
Рори вернулся, неся в руках вместительную дамскую сумку, больше похожую размером на портфель, и оружие. Харлоу открыл сумку, осмотрел ее содержимое, включая паспорт, затем расстегнул молнию на боковом отделении и вынул пистолет.
– Ой-ой-ой! Стало быть, Анна-Мария Пуччелли носит с собой огнестрельное оружие. Разумеется, для защиты от негодяев, которые могут напасть на нее и похитить таблетки цианистого калия, вроде тех, что она скормила покойному Луиджи. – Харлоу вернул пистолет на место, сгреб в сумку остальные документы и сложил туда же четыре пистолета, принесенные Рори. Потом достал из сумки аптечку, извлек из нее крошечный пузырек и высыпал на ладонь белые таблетки.
– Как удобно! Ровно шесть таблеток. Каждому по штучке. Я желаю знать, где прячут миссис Макалпин, и узнаю в два счета. Ваша сестрица милосердия может растолковать, что это за снадобье.
Сестра милосердия точно воды в рот набрала. Лицо у нее побелело как бумага и вытянулось, на глазах она состарилась лет на десять.
– А что за снадобье? – спросил Рори.
– Цианистый калий в сахарной оболочке. Весьма приятный на вкус. Растворяется за каких-нибудь три минуты.
– Не надо! Вы не сделаете этого! – У потрясенного Рори не осталось ни кровинки в лице. – Так нельзя. Это… это же убийство.
– Но ты ведь хочешь снова увидеться со своей матерью? И потом, это не убийство, а истребление, ибо мы имеем дело не с людьми, а со зверьем. Оглянись вокруг. Как думаешь, что за товар выпускала эта милая надомная артель?
Рори растерянно пожал плечами.
