– Да, Грионесса. – Син заподозрил, что визит Аллегора и наследницы звездной династии в конюшню богатуров не мог быть беспричинным, и осмелился спросить. – Я могу поинтересоваться, чем богатуры удостоились чести вашего прибытия?
Мунсан и Ума переглянулись:
– Воин, тебе предстоит выполнить указ Аллегора.
Син немного удивился:
– Все что пожелаете, Грионар…
– Накорми коня и дракона и приготовь их для вылета! – Мунсан повернул голову в сторону беззаботных самимов, так и не справившихся с этим делом.
– Но что, если он донесет о нас властям? – прошептала Ума так, чтобы ее слышал только Мунсан.
– Не беспокойтесь, Грионесса. Я буду хранить тайну… – Син поклонился еще раз и направился к самимам. Ума, оторопев от того, что ее слова были услышаны, неловко улыбнулась:
– Слух у него впечатляющий…
– Я вижу, ты нашла во что одеться… – Мунсан оглядел охристые лохмотья, свисавшие с плеч девушки.
– Более чем! Вот! Но только обуви как и не было, так и нет…
К Уме и Мунсану подбежали самимы и стали с любопытством рассматривать ножи.
– Ах, да, еще есть вот этот ремень. Подумала, что он понадобится…
– Не стоит волочить его за собой, брось здесь. – Повертев в руках кусок длинной кожи, сказал Мунсан.
Не успев опуститься на землю, пояс был подхвачен самимами. Они принялись рассматривать, обнюхивать и даже пробовать пояс на вкус. Затем, о чем-то тихо переговариваясь, они оборвали нитки с подола рубахи Умы и взялись что-то мастерить.
– Так вот, вот так вот! – хором сказали самимы, тыкая странным предметом в колени Умы. Она пригнулась, чтобы разглядеть поделку, и увидела пару кожаных башмаков.
– Какая прелесть! – девушка умилилась неожиданному подарку, отчего самимы сильно порозовели и засмущавшись, уткнулись друг другу в плечи. – Еще одна задача разрешилась! – Ума надела башмачки и погладила проказников по головам.
– Добраться бы в Иллюзион так же просто… – сухо сказал Мунсан. Из темноты вышел Син, держа поводья.
– Все готово! – он протянул толстые канаты Мунсану.
– Спасибо, – мягко протянула Ума и, обратившись к Мунсану, сказала. – Где мы встречаемся?
Тот взглядом попросил Сина оставить их наедине, забыв про присутствие самимов:
– Лети по южному воздушному потоку, а я по северному. Там больше вероятности наткнуться на кого-нибудь. Лети за облаками, так? чтобы тебя никто не заметил, только не попади в грозовой шторм. Встретимся перед источником живой воды, я буду ждать тебя в пещере.
– До встречи, – Ума взобралась на коня, обняла его и сказала. – Лети как велено, мы теперь с тобой будем неразлучными.
Мунсан проверил, прочно ли закреплено седло, и осмотрел коня еще раз. Он взял Уму за руку и посмотрел ей в глаза:
– Если меня не будет в пещере, не жди! Возвращайся в убежище! Пообещай мне!
– Но если на тебя нападут?
– Пообещай, что вернешься! Несмотря ни на что!
Ума не могла сопротивляться и ответила:
– Обещаю…
Мунсан похлопал коня по шее, и тот поднялся в небо, унося Уму из лагеря богатуров.
– Так-так, теперь остались мы с тобой, – обратился Мунсан к дракону и методично принялся проверять все канаты и тросы.
– Мы на драконе, на драконе мы? – самимы обошли дракона и попробовали вскарабкаться. Увы, у них это не получалось. Они только цеплялись за чешую и скатывались обратно.
– Да, вы полетите на драконе. Подождите немного, пока я все проверю.
– Самимы ждут, ждут самимы… – рассмеялись проказники и, повторяя за Мунсаном, начали дергать за все веревки.
– Ну что, мы готовы, – сказал Мунсан, перебрасывая своих маленьких попутчиков один за другим в большое гнездообразное седло. – Держитесь крепко!
Мунсан вывел дракона к поляне, чтобы тот смог оторваться от земли и взлететь, не задевая верхушек деревьев. За ним из конюшни последовал Син. Он тайком, укрываясь за древесными стволами, преследовал Аллегора. Это оказалось легче, чем он думал, шорох драконьих лап по опавшим листьям заглушал все звуки.
Когда Мунсан забрался на дракона и оказался сидящим спиной к Сину, богатур подкрался совсем близко. Он только опасался, как бы самимы не выдали его. Но они что-то увлеченно обсуждали, не переставая хохотать. Мунсан дал дракону знак, тот потряс головой из стороны в сторону. Прижатые к телу крылья неторопливо раскрывались, нависая над большой поляной богатуров. Огромные когти впились в землю, и, оттолкнувшись лапами, дракон повис над землей. С каждым хлопком крыльев он понемногу поднимался, все еще касаясь хвостом земли.
Син, воспользовавшись моментом, перебросил веревку, и та обвила чешуйчатый хвост. В этом месте у дракона был старый боевой шрам и шкура, которая потеряла чувствительность. Не подозревая о еще одном наезднике, дракон взмыл к небу и скрылся в облаках.
Покои Феррума сверкали в плавающем оранжевом свете. Тигрон расхаживал по залам, разыскивая владыку Белого Света.
