— Зачем вы пришли к лабарне Солнцу? — спросил их Хастияр без всяких церемоний.
Амореи переглянулись. Тогда вперёд вышел один из них, внимательно оглядел в свою очередь Хастияра. Молодой человек, который сидел на ступеньках дворца, особого раболепия амореям не внушил.
— Вы, значит, сейчас победили? — спросил у Хастияра местный житель.
— Победили! — разом ответили оба хетта.
Да, именно этот вопрос более всего занимал хеттов — кто же победил в сражении? Вслух, конечно, говорили — да, победили мы, ведь Амурру снова наша. А что каждый думал на самом деле, о том было посторонним неизвестно.
— Прошение у нас к великому царю! — люди Амурру подошли поближе, намереваясь пройти внутрь дворца.
Хастияр понял, что надо брать инициативу в свои руки. И сказал, указывая на одного из амореев, который единственный из всех пришёл босым:
— Ты говори! Слова твои я передам лабарне Солнцу, если они покажутся мне важными!
— Помоги нам, господин! — аморей начал низко кланяться посланнику, — нет жизни никакой! Работаешь, работаешь от зари до зари! А тут война! Сначала воины мицрим пришли — грабят! Потом воины хеттов пришли — грабят! Куда нам, сирым, деваться!
— Изложите дело спокойно! — сказал им Хастияр, подражая тону судей, — сложное дело не усложняйте ещё больше. Говорите по порядку!
— Господин! — продолжил аморей, — сначала пришло войско фараона. Его воины отобрали наш хлеб и девок наших попортили, что дочерей, что невольниц. Потом пришёл царь царей, великий царь хеттов. А его воины…
— Что, наши тоже всех изнасиловали? — переспросил у амореев Гасс.
Хастияр перевёл его вопрос.
— Нет, нет! — поспешно замотали головами амореи. Видать знали обычаи хеттов, в государстве которых за подобное полагалась смертная казнь, — но скотину порезали всю!
— Так чего же вы просите у великого царя? — Хастияр начал чувствовать, что ему опять становилось худо и пора заканчивать разговоры.
— Хотим, чтобы великий царь заплатил нам за хлеб, за женщин, и за наш скот — и за лошадей, и за овец, и за всё наше имущество.
— О, мы ещё и за воинов фараона должны заплатить! Ничего себе! — возмутился Гасс, когда Хастияр рассказал емё, чего они просят.
Амореи согласно закивали. Лица их выражали только одно — заплатите нам за имущество, которое было у нас и которого не было, а иначе… Что они иначе сделают, Хастияр не придумал. Следом за мицрим побегут?
— Это дело важное, — согласился Хастияр. И подумал, что в первую очередь надо сказать об этом отцу. Хотя, к каждому из землевладельцев страны Амурру, которые сейчас изображали бедных крестьян, шпиона не приставишь.
