Министр внутренних дел прекрасно понимал, что случилось с Носорогом, но на этот раз предпочел не делать никаких публичных разоблачений. Нужно было подождать. Худойбердыев лишь сопоставил несколько фактов, и картина стала предельно ясной: Носорог «при жизни» да, видимо, и «после смерти» контролировал практически всю Рязанскую область. Плюс – его младший брат, не утративший влияния и теперь. Золотой завод – в Рязанской области. Трупы фэсэошников, которые, скорее всего, сопровождали «золотой конвой», – в том же регионе. Дальше можно было играть в «пятнашки» до бесконечности, результат не менялся: Носорог определенно был одним из организаторов этого растянутого во времени «ограбления века». Скорее всего, именно его люди планомерно, грузовиками, воровали государственное золото. Для кого? Уж точно не для себя. Огромные деньги уходили на счета тех, кто сейчас и ликвидировал авторитета. На кого они работают? Чем больше министр пытался ответить на этот вопрос, тем очевиднее ему становилось: на себя, только на себя, на свой безразмерный карман.
Министр включил телевизор без звука, лениво пощелкал каналами. Остановился на дневном выпуске новостей НТВ – рассказ о событиях в стране уже заканчивался, впереди – экономический блок. Молодой ведущий сообщил: главная новость сегодняшнего дня – объявление о продаже миллиардером Сергеем Рыбиным, единоличным владельцем компании «Ювелирная империя», своего бизнеса. Дальше шло перечисление активов компании, их примерная оценка (министр так и не смог сосчитать все нули после первой цифры) и комментарий эксперта. Аналитик говорил, что никаких объективных причин для продажи «Империи» нет в принципе, компания работает стабильно и приносит очень большую прибыль. Вероятно, у Рыбина есть мотивы, о которых он не хочет распространяться. Эксперт заверил, что если сделка по продаже пройдет в рамках закона и прозрачно, то на рынке это никак не отразится.
После этого новостной ведущий напомнил: Сергей Рыбин не так давно пережил покушение на свою жизнь, убийство было спланировано по сценарию голливудского боевика, а предпринимателя спасло лишь чудо. Покушение, добавил ведущий, так и не было раскрыто.
Министр поднял телефонную трубку:
– Материалы по делу Рыбина и «Ювелирной империи» ко мне, пожалуйста. Очень быстро, то есть – прямо сейчас. Немедленно. – Министр посмотрел на трубку, словно думая, что бы такого еще добавить, чтобы просьба прозвучала убедительнее.
Несколько увесистых папок принесли уже через десять минут. Он лениво полистал дело, его внимание особенно привлекли фотокарточки с места происшествия, описание стреляющего устройства и отчет экспертов. Сняв очки, министр протер стекла кончиком дорогого галстука.
– Значит, и он из их компании. Решил свернуть лавочку, чтобы остаться в живых. Не поможет, думаю я, не поможет. – Последнее «не поможет» Худойбердыев произнес нараспев. Ему иногда казалось, что он собирает удивительно странный пазл, кусочки которого словно возникают из воздуха – стоит только правильно их описать и представить.
Вырулив из-за поворота, водитель Зимина сразу же заметил давешнего гаишника. Казалось, он так и не сменил позы – сидит на капоте, скрестив руки с полосатым жезлом, пинает бедром планшетку с документами.
Увидев «ауди», инспектор пружинисто оторвал себя от машины, сделал два шага на середину дороги и небрежно махнул палочкой. «Авоська» остановилась. Лейтенант подошел к водительской двери.
– Опять? – спросил шофер.
– Опять, – немного виновато и с улыбкой ответил инспектор. – Торопитесь очень?
– Сейчас спрошу. – Водитель перегнулся через сиденье в тонированный полумрак салона, о чем-то поговорил со своим сановным пассажиром. Немец стоял, облокотившись на крышу представительской иномарки. Ему хватило какой-то доли секунды: он молнией согнулся, достав руками до земли, а в следующий миг уже снова стоял – одной рукой опираясь о крышу, другой побрасывая в воздух поднятую с земли сосновую шишку.
– Долго еще? – спросил водитель.
– Минуты три-четыре, в объезд нет смысла, больше времени потеряете.
– Спасибо, командир, подождем.
