А старушка кормила кошекУ ограды Пале де Жюстис.Наверху горели окошки.Я глаза опустила вниз.И под сводом вечерней пылиМы бродили вдоль серых стен.На Конкорде фонтаны били,И пахло ёлками на Мадлен.А большие, лиловые тучиЗаглушали наши шаги.Ведь и мы не сделались лучше,Ведь и город не стал другим.Я к земле опускала ресницы,Было больно от пёстрых: огней.Мне сегодня, наверно, приснитсяЧёрный Генрих на чёрном коне.
23/ XII, 1926
<p><strong>Стихи («Они отрадней, чем слова молитв…»)</strong></p>
Юрию
Они отрадней, чем слова молитв.Их повторять, ведь то же, что молиться.Я вижу, как туман встаёт с земли.Я опускаю тихие ресницы.И за стихом я повторяю стих,Звучащий нежным, самым нежным пеньем.Я, как Евангелие, страницы ихЦелую с трепетным благоговеньем.И в синий холод вечеров глухих,Когда устанем мы от слов и вздохов,Мы будем медленно читать стихи,Ведь каждый, как умеет, славит Бога.Я буду слушать тихий голос твой,Перебирать любимые страницы.Я буду тихо-тихо над тобойСклонять густые, длинные ресницы.
27/ XII, 1926
<p><strong>Б.К. Зайцеву («Было света и солнца не мало…»)</strong></p>Было света и солнца не мало.Было много потерь — и вот —Говорят, что я взрослой сталаЗа последний, тяжёлый год.Что же? Время меняет лица,Да оно и не мудрено.Невозможное реже снится,Дождь слышнее стучит в окно.Жизнь проходит смешно и нелепо.Хорошо! А каждый вопросРазлетается лёгким пепломЧуть дурманящих папирос.Я не стала больной и усталой,И о прошлом помню без зла:Я и лучше стихи писала,И сама я лучше была.Жизнь короткая — вспомнить нечем.День дождливый за мглистым днём.А уж где-то в душе намеченЕле видный, тихий надлом
На стене — неподвижные тени.Ветер свищет в каминной трубе.Весь мой день — это только томленье,Напряжённая мысль о тебе.На камине часы. Плохо виденВ первой комнате их циферблат.Если даже меня ты обидел,Всё равно, ты мне ближе, чем брат.Сам не знаешь, чего ты бормочешь,Только чувствуешь смутно: не то.Будешь помнить: таинственность ночи,Тихий голос и белый платок.Весь мой день — это жалобный ветерДолго свищет в каминной трубе…Неужели кому-нибудь третьемуЯ потом расскажу о тебе?
7/ I, 1927
<p><strong>«Я не забыла тёмный свод моста…»</strong></p>
