Казалось мне, что я и не жила,Что впереди и молодость, и счастье.А уж душа разделена на части,И за плечами — дымчатая мгла.Когда устанем мы с тобой от слов,Когда начнём играть в другие игры —Твои слова возьму я за эпиграфК тетради незаконченных стихов.
12/ V, 1927, Госпиталь
<p><strong>«Затуманились мглистые дали…»</strong></p>Затуманились мглистые дали,В фонарях загорелись огни.— Хорошо, что они миновали, —Неспокойные, жуткие дни.Снова начали губы смеяться,И печаль моя стала ясна.Душным запахом белых акацийПо земле расстелилась весна.И она никогда не обманет,Никогда не обманет меня,Оттого, что в закатном туманеЕсть зачатье грядущего дня.
17/ V, 1927, Севр
<p><strong>Версаль («Мы миновали все каналы…»)</strong></p>Мы миновали все каналы,Большой и Малый Трианон.Над нами солнце трепеталоИ озаряло небосклон.Мы отходили, уходили,Под сводом сросшихся ветвей,Не слышали автомобилей,Не видели толпы людей.И там, в глуши, у статуй строгихПод взглядом из незрячих глазМы потеряли все дороги,Забыли год, и день, и час…Мы заблудились в старом парке —В тени аллей, в глуши веков.И только счастье стало ярким,Когда рванулось из оков.
12/ V, 1927
<p><strong>«С каждым днём всё больше в жизни красок…»</strong></p>С каждым днём всё больше в жизни красок,С каждым утром — радостней рассветИ часы, похожие на сказку,Тяготеют радостью примет.Мысли мимолётны и случайны.Стынет смех в углах весёлых губ.Только грусть, волнующую тайно,Для чего-то в сердце берегу.Оттого, что больше нет ненастья,Оттого, что ничего не жаль,И легко рассказывать печаль,И так трудно говорить о счастье.
29/ V, 1927
<p><strong>Счастье («Больше не о чем мне тосковать…»)</strong></p>Больше не о чем мне тосковать,Неспокойные дни миновали.И счастливое сердце опятьЗадрожало тоской о печали.Счастью нет ни конца, ни преград,Счастье тянется няниной сказкой.Так смешно про него говорят.Я надену весёлую маскуНа цветистый его маскарад.Помню: ветер, бараки, оливы…Помню: мост, и туман, и огни…Непривычны мне светлые дни.Я не верю, что стала счастливой.И когда-нибудь в пьяной мечте,Задыхаясь, сжимая запястья, —Упаду на последней чертеМоего невозможного счастья.
31/ V, 1927
<p><strong>Воля к жизни («В низких тучах, нависших уныло…»)</strong></p>
