Телефон трещал уже не переставая, и Фишер, пошарив рукой по соседнему сиденью, нажал на кнопку приема. Как и предполагалось, это был босс. Предельно вежливо осведомившись, как самочувствие и настроение у его подчиненного, Вальтер Миддлтон запнулся на долю секунды. Следующий стандартный вопрос был о здоровье супруги, но, вспомнив, что от Фишера в прошлом году ушла жена, он побоялся перегнуть палку и нарваться на закономерно невежливый ответ. По этому поводу по их департаменту ходили разные слухи, и главная версия, на которой сошлись эти, в общем-то, неглупые люди, были анаболики, от которых у Боба выросли мышцы и пропала потенция. Его похлопывали по плечу и уверяли, что завидуют его статусу свободного человека. Фишер только сильнее стискивал зубы, давая себе клятвы отомстить мерзавцам. Все они ошибались. Это не только утешало его, но и давало повод для злорадства. Теперь, в длительных и не очень командировках, ему не надо было ощупывать свою черепушку в поисках пробивающихся к свету рожек, которые он взглядом опытного наблюдателя не раз фиксировал у своих коллег-шутников. Быстро перейдя к деловой части своего звонка, Вальтер предложил провести короткий обмен мнениями среди сотрудников, отвечающих за внебюджетное финансирование, как он выразился, «восточного кейса».
— Жду тебя через пятнадцать минут, бокс JU564, — бодро сообщил он Фишеру, прекрасно зная о расстоянии больше чем тысяча миль, разделявшем собеседников.
— Добро, — ответил ему офицер и, нажав отбой, бросил телефон обратно на сиденье.
Настроение от этого звонка заметно улучшилось, и, сделав звук в приемнике чуть погромче, он принялся напевать песенку себе под нос, одновременно барабаня пальцами по рулю в такт мелодии. Понимая эксклюзивность своего положения, он смело шел на социальные эксперименты. Сейчас он загадал, сколько минут выдержит Миддлтон до следующего звонка. Пять? Десять? Или у него хватит мозгов набрать по истечении условленных пятнадцати минут и разыгрывать маленькую драму, якобы имеющую место в боксе JU564? Впрочем, это получилось бы еще комичнее. В блоке для совещаний все электронные девайсы сдавались и опечатывались в специальных ячейках независимо от ранга сотрудника. Звонок не заставил себя ждать. Теперь босс говорил скороговоркой, намешивая все грехи Фишера без разбора и не стесняясь в выражениях.
— Что я должен сделать? — спросил он у Миддлтона, воспользовавшись мгновенной паузой в его монологе.
— Разверни машину и отправляйся в Эль-Пасо, я вылетаю туда спецбортом и буду ждать тебя на обычном месте плюс четыре.
Закончив говорить и не дождавшись ответа, Вальтер Миддлтон отключил линию, демонстрируя таким образом, что время шуток закончилось.
Бобу Фишеру никогда не нравился этот приграничный город. Холодная зима и жаркое лето — вот в целом все, о чем он вспоминал, когда по каким-либо причинам ему надо было ехать в Эль-Пасо-Хуарес. Судя по последним словам Вальтера Миддлтона, назревала очередная заварушка, сулившая начальству увеличение бюджета со стороны Конгресса. Как еще иначе можно было объяснить сжигание тонн керосина только для того, чтобы обсудить последние сплетни, собранные у платных стукачей. Он представил себе, какая суета стоит сейчас в офисе, где в обычное время два сменных офицера, совсем одуревших от безделья, часами просиживают перед мониторами, отправляя начальству подправленные (для расстановки правильных акцентов) статьи из местных газетенок. Ни для кого не было секретом, что местные журналисты были запуганы состряпанными ими же самими историями про жестокость мстительных картелей. Теперь они дружно подвизались на статьях, заказанных им властями, или высасывали оные из пальца, а самые ловкие представители местной прессы просто искали простака, готового заплатить за свой собственный пиар. Сонливость и благочиние витали во всех уголках этого оснащенного cutting edge[35] технологиями унылого уголка шпионской бюрократии. Само это помещение представляло сложную систему внутренних блоков, встроенных в офис продаж автомобильного дилера, сотрудники которого в своем большинстве даже не подозревали о существовании этих комнат, а те, кто по специфике своих должностей знали о них, были уверены, что они заняты службой безопасности страховых компаний, занимающихся случаями участившихся угонов.
Там все должно было измениться после известия о срочно назначенном митинге. Забрасывая даймы в слот кофе-машины, Фишер скривил губы в ухмылке, представляя, как его старый знакомый офицер, долговязый недотепа, приняв сообщение о визите руководителя департамента, снял ноги со стола и, нервно почесав свои рано появившиеся залысины, помчался в ближайший супермаркет.
«Интересно, успеют они стереть пыль с подоконников и разложить наконец по папкам секретные документы, обычно ворохом валявшиеся на столах», — подумал он, забирая из диспенсера картонный стаканчик.
