– Потому что сам он забывает есть, – рассказала однажды Виргиния, видимо, вспомнив прежние «почему да по кочану» девочек. – Он только о спиртном и думает. К счастью, Михалис – хороший человек и не дает ему выпить больше одной-двух рюмок, а то у этого пропойцы давно бы ни гроша в кармане не осталось.
Поливиос жил в небольшом тупике на краю деревни. Госпожа Харула дала девочкам тарелку с едой для него и отдельный сверток с пирогом и шоколадками для сироты из соседнего дома. Сестры завернули в тупик к Поливиосу, оставили тарелку у порога и прислушались, не раздастся ли очередной «вай». Рядом стоял только один дом. Низенький, маленькие окошки нараспашку. Девочки недоуменно разглядывали его, не понимая, кому отдать гостинцы. Тут они увидели того самого мальчугана с площади, что бегом кинулся собирать монетки.
– Вы Поливиоса разыскиваете?
– Нет… Соседний дом, где живет один… – промямлила Иро, а Леда сильно сжала ей руку.
– Один?
– Один ребенок.
– Так я тот ребенок и есть. Это госпожа Харула передала?
– Да.
– О-о-о! Цоколатки! Вай побежденным! – радостно воскликнул мальчик.
Девочки вручили ему сверток, и он с криком «мама, мама» унесся в дом. Выбежал обратно только с одной шоколадкой в руке и протянул ее девочкам. Сестры отказались, но Вангелис настаивал. Тогда девочки сели вместе с ним в проулке, а шоколадку поделили на троих.
– Поиграем в черепички?
– Мы о такой игре не слыхали.
– У-у-у, да она проще пареной репы. Ставим кусочки черепицы друг на друга так, чтобы получилась башенка. Отходим на несколько шагов и кидаем в башенку камни, чтобы ее развалить. Кто больше черепичек разобьет – тот и победил.
– Но ведь у нас нет черепичек. Надо их сначала где-то раздобыть.
– А вот и нет, у меня на дворе всего припасено в избытке.
Мальчик сбегал во двор и вернулся, волоча мешок, полный камней, и радостно крича: «Вай! Вай! Вай!». Девочки старались приноровиться изо всех сил, но Вангелис, видимо, уже поднаторел в этой игре и с легкостью побеждал раз за разом. Иро поначалу сердилась: как так, почему никак не везет? А потом развеселилась и смеялась от души. Вангелис скакал, кричал и высоко подпрыгивал каждый раз, когда выигрывал. Вытирал нос локтем и хвастался, что ему плевать на острые камешки, что то и дело впивались в его босые ноги. Спустя час игры обе сестры уже повторяли за ним и со смехом восклицали: «Вай побежденным!» С Вангелисом было очень весело: он забирался на какой-нибудь большой валун, торжествовал и требовал, чтобы девочки торжественно ему аплодировали.
Наигрались вдоволь, даже устали. Сели отдохнуть, и тут Вангелис поделился своим секретом. Он мечтает стать почтальоном, когда вырастет. Как Поливиос. «Поливиос – почтальон?» – изумились девочки. Это было уже давно, объяснил Вангелис. И велосипед у Поливиоса был быстрый – со звонком, который делал «дринь-дринь». И люди ему навстречу выходили, и письма забирали. И сумку он носил через плечо, и колесил скорей-скорей от дома к дому. А потом остановился. Но в те времена ему равных не было – и вай побежденным.
– Что значит «вай побежденным»? – не выдержала Иро.
– Значит «вау, крутяк, ты лучше всех», – ответил Вангелис.
– Что-то я в этом сомневаюсь, – вмешалась Леда. – «Вай» – это же междометие.
– Междочто?! Что за ерундистику ты говоришь?
– Да, это означает что-то вроде «увы, горе тем, кто проиграл».
– Че-го? – разъярился Вангелис. Он ужасно рассердился на Леду за то, что посмела болтать такое про Поливиоса. – Да чтоб ты знала, Поливиос – самый наилучшайший человек во всей деревне! Он меня всему научит, всему!
Как девочки ни пытались ему объяснить, что вообще-то ничего плохого про Поливиоса не сказали, Вангелис весь надулся, помрачнел и велел им поскорее уходить: дорога длинная, того и гляди нагонят вурдалаки.
– Кто такие вурдалаки? – спросила Иро.
Вангелис выждал – вдруг Леда знает ответ, но подметил, что и она в замешательстве. Она так ничего и не сказала, и потому, когда девочки отдалились, Вангелис прокричал им вдогонку: «Вурдалаки – это духи нечистые!» – и довольный пошлепал домой.
Вот те на: про вурдалаков слыхом не слыхивали, а еще посмели что-то про «вай» умничать – веры им в таких делах нет. Да чтоб девчонки больше мальчишек знали? Тьфу, глупости. Вангелис был уверен: Поливиос даже не подумал бы говорить с девчонками на такие серьезные темы, тут разумение нужно. Вот ему самому Поливиос обо всем рассказывал – да притом ему одному. Ученик превзошел своего учителя.
Девочки поспешили домой. Ясно, что Вангелис просто болтал языком, и все же от одного упоминания нечистых духов ноги сами перешли на бег. Когда пришли, дедушка уже накрыл на стол. Знает ли он, кто живет рядом с Поливиосом? Да, когда-то там жил один моряк, ответил дедушка. С малых лет только и думал, как бы отправиться в плавание. Вырос, отправился и не вернулся. Едва ли даже узнал, что жена ждала малыша. За семьей моряка стал присматривать его брат, живший поблизости.
– Поливиос? – хором удивились девочки.
– Опа! Все-то вы знаете. Небось и свою судьбу как открытую книгу читаете, а?