Иро-то откуда знать, про что пишут, а про что не пишут? Она что, все книжки мира должна была прочитать? Но Иро ничего не сказала, потому что жутко разозлилась от этого прозвища «козявка». Томас выдумал называть ее так с тех пор, как они с Ледой стали не разлей вода. Вдруг их компанию разделило на «старших» и «младших». Леде очень нравилось считаться старшей. Они гуляли и читали стихи. Томасу, видимо, нравились длинню-у-у-у-у-у-ущие стихи, потому что Леда часто пропадала на целый день. Иро переживала, как бы дедушка не обнаружил, что сестры нет дома, и не стал ругаться. Но Леда всегда умудрялась возвращаться за миг до катастрофы.
Однако сегодня они договорились выбраться на прогулку все вместе. Старшие и младшие. Иро была очень рада, что Вангелиса тоже позвали. С ним очень весело: можно играть в разные игры, искать приключения, бегать наперегонки, соревноваться. И вообще с Вангелисом супер – не то что с Томасом: у того супер только стихи, вот только не суперклассные, а суперскучные.
На днях Оливия объявила, что будет хорошая погода, поэтому она собирается пойти поискать дерево-гиганта и посмотреть на озеро. Она предложила детям присоединиться к ней, чему все очень обрадовались. Иро спросила, можно ли взять с собой и Вангелиса.
– Ты уверена, что ему такой поход по силам? – засомневались остальные, хотя Вангелис стоял у них прямо под носом, и они могли бы узнать у него самого.
– Конечно справится, на нем же непобедимые ботинки. Он и бегает, и лазает лучше меня, – ответила Иро, подмигнув Вангелису.
На том и порешили. Дедушке, конечно, ни слова не сказали. Девочки прекрасно знали, что собираются нарушить строгий запрет, но в последнее время они осмелели. Да и дедушку узнали получше. Конечно, было страшновато, когда он повышал голос или смотрел на них угрожающе, но по-настоящему он никогда их не ругал. Дедушка не обнимал девочек, не целовал, но и не угрожал отлупить, как мама Вангелиса. У нее всегда была наготове скалка, прямо у двери стояла. Пусть Вангелис всегда помнит, что будет, если он ослушается и натворит дел. А по сравнению с этой скалкой, объяснял он, всё пустяки: и колючка, залетевшая в ботинок при беге, и укус шмеля, и что угодно – скалка всех обгоняет по болючести.
– Госпожа Оливия говорит правду. Мне моя мама так же рассказывала. Ива не только макушку склоняет, но и корни; как можно ниже нагибается, чтобы помолиться Господу, – воскликнул Вангелис.
– Какому господину? – удивилась Иро.
– Христу, знамо дело, кому еще?
– Не знаю, каким господам молится ива, но ты меня, пожалуйста, госпожой Оливией не называй.
– А как вас звать?
– Просто Оливия. А теперь пойдемте поищем дерево-гиганта. Янгос, Накос, покажете нам то большое дерево?
Янгос и Накос страшно перепугались. Они бы с радостью удрали, вот только Иро показала тайный знак, скрещенные пальцы: так они поклялись друг другу, что на этот раз пробудут с ней всю прогулку и не убегут. С одной стороны, близнецам не терпелось поскорей съесть шоколадный пирог, который вчера вечером испекла для них госпожа Харула. С другой – эти люди явно думали, что братьям это дерево хорошо знакомо.
– Как бы нам его не разбудить, не то разгневается.
– Ясно, – подытожил Томас. – Значит, мы имеем дело с деревом-бабайкой?
Леда забулькала от смеха.
Иро что-то больно кольнуло в груди. Она подумала, как за последнее время поменялась ее старшая сестра. До Томаса Леда сама до дрожи боялась, что дерево проснется и рассвирепеет, а теперь хихикает. Будто не видела, какой взгляд у близнецов. Иро, хоть и самая младшая в компании, а понимала, что братья хранят какой-то секрет. С этим деревом связана тайна, которую ей предстоит разгадать. Вангелис пробрался к Иро и ободряюще ткнул ее локтем. Оливия всё же начала допытываться. Близнецы старательно ее игнорировали, будто не слышали вовсе. И Оливия прекратила допрос.
Теперь они шли все вместе под тенью листвы. Деревья росли плотно, ствол к стволу. С годами их ветви переплелись, не пропуская свет. Вдруг показалось дерево, которое стояло само по себе. Вдали, отдельно от других. Свет заливал место, где оно росло. Круглое и огромное, оно широко раскинуло ветви, чтобы никто и ничто не могло к нему подобраться. Только солнцу дозволялось касаться его. С благодарностью, солнце подсвечивало крону изнутри – и ветви казались золотыми. Будто маленький островок посреди зеленого моря. Вдруг туча затянула солнце, и среди ветвей послышался глубокий вздох ветра. Точно волк завыл. Дети прижались друг к другу. Лишь Оливия выступила вперед.
– Видели, сколько ив вокруг опускают перед ним макушки? – спросила Оливия.
– Они преклоняются, – прошептала Леда.
– Перед Господом, – добавил Вангелис.
– Именно. Молодец, Вангелис. Это дерево— Лесной царь.
– Опять по-тарабарски разговариваешь! – возмутилась Иро. – Я не понимаю.
– Это что-то по-английски? – предположил Вангелис.