Ждали долго. Иро то и дело надавливала навеки, чтобы глаза не слипались.
– Вангелис, Вангелис, просыпайся! Начинаем спецзадание!
Мальчик встал, протер глаза, разорвал упаковку и отломил кусочек шоколадки.
– Ты что делаешь? С ума сошел? На это нет времени!
– Нет, нужно сделать всё как следует. Мы договаривались сначала съесть по кусочку.
Иро поняла, что если откажет, он разревется. Кивнула и проглотила свою порцию так быстро, как только могла. Тут Вангелис принялся снимать с себя один ботинок.
– Да что тебе опять в голову взбрело? Ты босиком полезешь?
– Нет, я передаю тебе непобедимый ботинок.
– Что?!
– Да, у нас с тобой один размер. Я проверял. Нечестно, если непобедимые ботинки будут только на мне. К тому же я лазаю лучше тебя.
И правда: Вангелис спортивнее. Непобедимая обувь действительно могла стать большим подспорьем. Иро скинула один кроссовок и вместо него надела ботинок. Вот и всё, они готовы.
– Пойдем, Вангелис?
– Пойдем, Иро.
– Вангелис, ты всегда будешь самым лучшим моим другом, – прокричала Иро и побежала вперед.
Остановились неподалеку от ствола. Встали на колени – два маленьких паломника, молящих о милости. Левой рукой схватили выступавший из земли корень, а правой коснулись ствола. «Древо, мы посадили столько дубочков. Они скоро вырастут, и у тебя будет компания. Позволь нам взобраться. Мы не станем тебя ранить».
Едва завершив прошение, дети почувствовали, что начало моросить. Переглянулись. Это точно знак, но к добру или к худу? Они не знали, да и не было времени о том размышлять. Надо лезть и надеяться, что Древо пощадит их и позволит добраться до ветвей.
Тем временем Леда смотрела, как сгущаются за окном черные тучи. «Только бы не дождь, только бы не дождь», – умоляла она, кругами ходя по комнате. Ненадолго застыла, сняла обувь и осталась в одних носках. Вдруг дедушка услышит? Что ему сказать? Леда забралась на верхний ярус кровати и увидела подушку, укутанную в покрывала. «Где же ты, Иро?» Леда обняла подушку и взглянула на маленькое круглое окошко. Огромная луна, казалось, так и ломилась внутрь.
Леда подумала, что всё это случилось по ее вине. Мама ведь просила ее позаботиться о сестре, а она не справилась. «Что же мне теперь делать, мамочка?» Леда плакала, плакала и уже даже не знала, из-за чего. Плакала и о папе в больнице, и о маме, которая потеряла свою маму в том же возрасте, и о первой любви, что пришла под конец лета, и об Иро, и о папе, о Томасе, маме, Иро, папе… В оконное стекло ударили первые капли дождя. «Мама?» Леда мигом спустилась с кровати и метнулась к шкафу. Открыла дверцу и на мамином дневнике нашла записку:
Иро распахнула руки, пытаясь обнять Древо. Поставила первую ногу – ту, что в дружеском непобедимом ботинке, – и начала подъем. Сверху сыпалась изморось, но луна светила ярко, и потому Иро не страшилась темноты. Где-то позади шумно дышал Вангелис. Древо было очень высоким. Иро с легкостью добралась до половины и посмотрела вниз. Под ногами пропасть. Закружилась голова, и Иро поскорее перевела взгляд ввысь. Еще несколько раз подтянуться, пару раз перехватить объятиями ствол – и вот уже будет первая ветвь. Тут капли дождя потяжелели. Они с силой били ей по лицу и хлестали по спине. Ладони и стопы стали соскальзывать по коре. Иро остановилась и попыталась ухватиться за ствол покрепче. Ветер донес вой ущелья. Снизу задыхался Вангелис.
– Иро, я не могу больше. Я соскальзываю.
Она почувствовала, что если заговорит, руки потеряют хватку, и она свалится. Раздался глухой удар: это упал ее друг. «Вангели-и-и-ис!» – закричала Иро. Родные ноги ее тоже уже не держали. Вся дрожа, она попыталась крепче вжаться в дерево. Хотелось посмотреть вниз, но Иро боялась, что тогда уж точно рухнет. Сильно ли он ушибся? Всеохватное зарево осветило ночь, с раскатистым громом бахнула молния. Иро уловила, как Вангелис побежал в укрытие. Значит, небольно ударился – и то хорошо.