От несправедливых обвинений и обидных слов, Элис взорвалась окончательно.
- Ненавижу тебя! – прокричала сквозь слезы и с силой толкнула Каллена в грудь, пытаясь оттолкнуть с пути. – Прочь с дороги! Дай пройти! Видеть тебя не хочу!
Такая агрессия довела и Эдварда до бешенства, он схватил Элис за руки выше локтей, с силой встряхнул, что у нее аж голова задергалась по инерции, и в лицо прокричал:
- За что ненавидишь?! Что я тебе плохого сделал?! Я уже не знаю, как тебе угодить! В какую еще тряпку мне нужно превратиться, чтобы тебе стало не похер на меня?!
- Отпусти меня!.. Идиот!.. Что плохого сделал?!.. – пытаясь вырваться, кричала Брендон, с отдышкой из-за слез. – Ты!.. Все это время!.. Трахался с левыми телками!.. И еще спрашиваешь!.. Что плохого сделал?!.. – из-за истерики она уже не контролировал свои слова. Говорила не то, что задумала изначально, а то, что действительно было на сердце.
После услышанных претензий, до Эдварда, несмотря на его не совсем вменяемое состояние, вдруг дошло, что дело не только в репутации Золушки. Ей действительно больно оттого, что он был с другими. И видя ее настоящие эмоции, он понял, что она ревнует, что все-таки она к нему неравнодушна. Да и иначе она не сбегала бы от него почти на неделю.
Не говоря больше ни слова и прилагая максимум усилий, чтобы преодолеть сопротивление девушки, Эдвард прижал ее спиной к подвальной двери и, припав к ее губам, начал целовать сильно, настойчиво, страстно и даже болезненно. Пожалуй, при других обстоятельствах, Элис опешила бы от внезапности поцелуя, но в тот момент из-за истерики не осталось места для удивления. Брендон продолжала отчаянно вырываться, пытаясь уклониться от губ Каллена. Эдвард, отпустив ее руки, взял Элис за голову, лишив возможности крутить головой и рассоединить их губы. Каллен продолжал целовать, Брендон долгое время продолжала лупить его по спине и мычать о том, чтобы ее отпустили. В какой-то момент она, выбившись из сил, перестала вырываться, руки вначале безвольно опустились, а затем оказались у Эдварда на груди, в которую она пыталась упереться, чтобы отодвинуть от себя парня. Каллен сам прекратил поцелуй так же резко, как и начал, обняв Золушку за плечи и за голову, крепко прижал к себе, лишив ее всякой возможности двигаться, и тихо заговорил:
- Прости меня, пожалуйста. Я честно, не хотел тебя обижать. Я не хотел тебя обманывать. Я не думал, что для тебя это будет такой проблемой. Раньше тебе было пофиг, с кем я сплю, и я не думал, что теперь для тебя что-то изменилось. Если тебя это все напрягает, я могу пообещать, что не будет больше никаких других.
Элис слушала его, пытаясь справиться с отдышкой. От слов Каллена на душе стало легче, все-таки ему не безразличны ее чувства и ее боль. Появилась надежда, что в их отношениях все еще можно исправить.
- Скажи же что-нибудь, - попросил Каллен, все еще удерживая девушку в объятиях.
- Ненавижу тебя, - прогундосила Брендон, упираясь лицом ему в грудь.
- Это я уже понял. Как мне быть с другими барышнями?
- Еще раз с кем-нибудь увижу, или узнаю… клянусь, я тебя убью, - пробормотала Элис без малейшего намека на шутку.
На лице Эдварда появилась улыбка – такое отношение ревности и собственности со стороны Золушки делали его почти счастливым.
- Обещаю, что никаких других больше не будет, - произнес парень. – Пообещай и ты мне кое-что. – Он выпустил Элис из объятий, желая увидеть ее лицо. Брендон, вытирая остатки слез, смотрела на Эдварда в ожидании продолжения.
- Пообещай, что никогда больше не будешь так бесследно исчезать, - с серьезным видом попросил Каллен. – Что бы между нами не происходило. Пообещай, что даже если я тебя чем-то достану, выведу, обижу или рассержу, ты пошлешь меня к черту, скажешь, что не хочешь видеть, можешь даже врезать с ноги, но никогда больше не будешь вот так исчезать.
После секундного замешательства, Элис кивнула:
- Хорошо. Так больше не буду.
Поднявшись из подвала, парень с девушкой решили не идти на урок, который уже начался. Вид у обоих был не самый лучший. Да и еще им хотелось побыть вместе. Они поднялись в клуб, Каллен попросил бармена сделать им горячие напитки, после чего велел ему пойти погулять, оставить их наедине.
То, что произошло в подвале, казалось Брендон очень личным и интимным. После этого у нее появилось восприятие их с Эдвардом единым целым, в моральном, душевном смысле. Создавалось впечатление, что из-за своего чувства вины, Каллен начал относиться к ней более трепетно и внимательно.
Эдвард действительно чувствовал себя виноватым. Это чувство заставляло вести себя с Золушкой как никогда мило. И это его не напрягало. Наоборот, ему было приятно видеть радость на лице девушки.
В один из дней, подвозя Элис от школы до работы, Эдвард свернул с обычного пути и повез девушку через район Манхэттен. Он свернул на улицу, где находился его дом, и остановился около него. В ответ на непонимающий взгляд Элис, указал на табличку около калитки с надписью «продается».
- У меня есть, где жить, и у меня есть ты. Этот дом мне больше не нужен, - весело сообщил парень.
