- В общем, ребята, насчет меток серьёзно подумайте. Если напартачите, мы вас не сможем спасти от исключения. Потому что наших голосов не хватит против их… Хотя, - тон мужчины немного изменился, - многое будет зависеть от Карлайла Каллена. В этот раз его процентами распоряжалась его супруга. Она голосовала и против стипендиатки, и против меток. Вот такие дела. Мне, конечно, интересно было посмотреть на дочь Фредди Брендона. Но, Эмметт, если ваша подруга вам действительно дорога, пускай завязывает с той дрянью, на которой сидит. В конце концов, помогите ей, определите в какой-нибудь наркологический центр, все-таки вылет из «Будущего Америки» - это еще не конец Света, у нее еще вся жизнь впереди…
После разговора с родителем, ошарашенные новостями друзья принялись набирать на мобильные Эдварда и Элис. Номер Брендон был отключен. Каллен на звонки не отвечал. Не понимая, что случилось с их друзьями, и о каких наркотиках говорил мистер МакКартни, ГБ-шники решили прервать свои каникулы раньше запланированного времени и через пару дней вернуться в США. В тот же день парни получили копию протокола, где видно было, кто как голосовал. Помимо отцов МакКартни, Уитлока и Блэка за Элис проголосовала мать Рутлера, отец Вольтури, отец Чена Флоера – того самого, который был безнадежно влюблен в платную ученицу Мери, которой Джейк вручил метку во время бунта. После того, как Чен вступился за свою возлюбленную перед ГБ-шниками, она, наконец, обратила на него свое внимание, молодые люди начали встречаться. Поэтому Чен, пребывая в состоянии счастливого влюбленного, убедил отца поддержать стипендиатку, ведь в глубине души он был благодарен «ГБ 4» за то, что те невольно свели его с Мери во взаимные отношения. Было еще несколько родителей «за». «Против» было меньшинство, но весомый пакет акций Калленов, которыми распоряжалась Эсми Каллен, сделал свое дело. За исключение Брендон оказалось больше процентов акций. ГБшников неприятно удивил голос матери Розали – «против» стипендиатки. Решили, что блондинке не удалось убедить мать в правильном решении, а может, миссис Хейл просто попала под влияние миссис Каллен.
Во втором вынесенном на голосование вопросе, по поводу меток, воздержались от голосования три отца ГБшников, все остальные директора проголосовали за то, чтобы запретить метки в «Будущем Америки».
Белла с Розали отдыхали на Гавайях в то время, когда им позвонила миссис Хейл и сообщила приятную новость – стипендиатку Брендон исключили из школы. Девочки были в восторге от новостей: и по поводу Брендон, и по поводу меток. Лежа на шезлонгах на берегу Тихого океана, попивая спиртные коктейли, они весело соприкасались своими бокалами, поздравляя друг друга с первой победой в противостоянии с ГБ-шниками.
- Это твой успех, - сияя улыбкой, Хейл хвалила Свон. – Наконец-то, из компании «ГБ 4» исчезнут эти сорняки.
- То, что периферия вылетела из школы, еще не значит, что она уедет из Нью-Йорка, и исчезнет из компании «ГБ 4», - возразила Белла с задумчивой, самодовольной ухмылкой. – Но у меня еще будут ходы. Не будем останавливаться на достигнутом. - На этом девушки в очередной раз весело соприкоснулись бокалами. После чего еще долго посмеивались, обсуждая странное, неадекватное поведение стипендиатки на совете, о котором им поведала миссис Хейл. Розали была убеждена в том, что Брендон неадекватна. Белла улыбалась в ответ шуточным рассуждениям подруги на этот счет, сама же думала о другом – периферия взяла на себя вину в конфликте, сказала, что ударила Беллу за правду… Почему? Неужели она узнала правду про северную невесту? Если да, то от кого? Неужели Эдвард сам рассказал? Все эти вопросы вызывали сильное любопытство.
«Надо будет, чтобы Розали всё об этом разузнала у ГБшников», - думала Свон. Еще ее распирало от злорадства по поводу меток. Эдвард из-за этого наверное, в еще большем гневе, чем из-за вылета Брендон.
«Интересно, он винит в этом меня?» - задавалась вопросом девушка, надеясь на то, что винит. Ей очень хотелось, чтобы сводный брат не забывал о ней ни на секунду и чтобы жалел о том, что так глупо испортил с ней отношения.
Ближе к вечеру по европейскому времени Джасперу перезвонил Эдвард, в США в это время была полночь.
- Привет… - пробормотал Каллен уставшим, нетрезвым голосом, еле шевеля языком. - Звонил?.. У меня дохера пропущенных твоих звонков…
- Звонил. Мы узнали результаты совета директоров, вот и звонили узнать, какого черта Брендон отправилась туда в невменяемом состоянии…
Эдвард тяжело вздохнул в ответ, затем промолвил:
- Это моя вина… я сказал ей про невесту… как раз перед советом…
- Ну, ты, блядь, сказочный идиот, - обреченно выдохнул блондин. – Ты протусил с ней около месяца и не мог найти более подходящего времени для откровений?
- Ой… не тошни, и без тебя тошно… Можешь приехать и дать мне пилюлей, может, полегчает… - Каллен бормотал таким подавленным голосом, что казалось, готов был действительно принять любое избиение, не сопротивляясь.
